Дело трезвых скоморохов
Имя: Ивашов Никита Иванович. Должность: начальник первого милицейского управления г. Лукошкина, или, по-местному, сыскной воевода. Родился и вырос в Москве, сюда, в полусказочное царство-государство, попал случайно, вернуться не сумел, за год привык и уже никуда не дергаюсь. Работаю по специальности, успешно сформировал хорошо слаженный коллектив и даже распутал несколько звучных дел.Живем всей командой в тереме Бабы Яги, старушка та еще… В плане хозяйства и экспертно-криминалистической деятельности равных себе не имеет, ну а характер, как у всех пенсионерок, с загибами и перепадами.Еще Митька, пальцами подковы гнет, лбом гвозди заколачивает, применять голову для шевеления мозгами я ему обычно запрещаю. Фантазия у парня слишком буйная, такую без смирительной рубашки на люди выпускать не рекомендуется. А в остальном классический милицейский работник младшего звена.Еще при отделении есть стрелецкая сотня Фомы Еремеева, куда входит мобильная конная группа быстрого реагирования. Я хотел еще специальный отряд, типа «Альфы», утвердить, но не успел – столицу захлестнули структурные преобразования, начавшиеся после женитьбы царя Гороха…
В густом лесу как по волшебству мгновенно образовалась просека шириной в шоссе. Следом за господином на более мелких лошадках проследовали четыре неизвестные фигуры в длинных плащах с капюшонами. У этих не было видно никакого оружия, но на мгновение мне показалось, что я успел заметить узкую девичью ладонь, вновь скрывшуюся в широченном рукаве. Олёна?! Сердце предательски ёкнуло, но всадники уже прогарцевали мимо, а за ними беспорядочной толпой хлынули шамаханские воины. Конечно, не орда, все пешие, но разнообразно вооружённые и на первый взгляд всё-таки больше двух сотен.
Дождавшись, пока всю банду скроют тут же сомкнувшиеся деревья, мы лихо выскочили из укрытия и ринулись к Лысой горе. Открывать дорогу в песчанике бабка умела, мы с Митькой тоже здесь не впервой. Надеюсь, царь с царицей не подведут, тоннель – место зрелищное, все «комнаты страха» в заезжих луна-парках меркнут на корню. Лично я в своё время дрожал как лист, да и наш младший сотрудник, если бы не был предусмотрительно превращён в петуха, то…
– Ну вот, гости дорогие, – вежливо поклонилась Яга, широким жестом указывая на ведущие в глубь горы ступени, – кому честь воздадим, кого первым пустим, кто позору мокрого не боится?
Горох и Лидия одновременно подняли руки. Что ж, вас предупреждали…
* * *Как я уже неоднократно упоминал, мы (трое) там уже были. То есть гипотетически выползающими из стен монстрами нас не запугать. Тем паче что традиционно лезут именно те чудовища, которых вы в состоянии представить. Нет, разумеется, какой-то стандартный, общеупотребляемый набор был, но вариации и новшества только поощрялись. Сначала вылезают всякие змеи, ожившие скелеты, полуистлевшие трупы, мелочь разная с когтями, зубами и рогами, ну и так далее по сценарию. Само собой, мы охотно уступили первенство государю с супругой, втайне злорадно ожидая истошного женского визга и отборных гороховских матюгов, но не тут-то было…
Из тоннеля раздался… смех! Сначала робкий, неуверенный, потом всё более набирающий обороты, а под конец вообще дружный неудержимый гогот! Мы мельком покосились друг на друга, одновременно почувствовав себя идиотами. Но смех казался таким заразительным, что Яга первая не удержалась, припустив по сырым ступеням вниз. Когда следом раздались сдержанные хихиканья пожилой эксперт-криминалистки, мы тоже не стали долго ждать, а в результате весь наш отряд, едва дыша, на подгибающихся ногах, долгое время не мог сдвинуться с места.
Оказывается, если морока не боишься и даже дразнишь – он так потешно обижается! Упыри и вурдалаки рыдали горючими слезами и бились лбами об стены, не в силах перенести наших издевательств.

















