Держи меня, Земля!

Пролетела по пустым улицам, подмигивающих жёлтыми сигналами светофоров. Пронеслась, распугивая снежинки, несущиеся, как мотыльки, на слепящий свет фар её машины. Упёрлась в полосатый шлагбаум на въезде в аэропорт, как в финишную черту. Получила талон на парковку, как счастливый билет. И, бросив машину на пустой заснеженной площади, побежала в здание.

Со всех ног. Словно Кирилл мог её там ждать. Её настоящий, прежний, навсегда оставшийся в её сердце Кирилл.

— Девушка, скажите, во сколько вылетает ближайший рейс из Москвы? — Лера даже не дала себе отдышаться, прежде чем задать вопрос в окошко справочной.

— Ближайший вылет в двадцать пятнадцать Москвы, — равнодушно ответила сотрудница справочной.

— Через час? — уже посчитала Лера."

"— Да. Но, к сожалению, аэропорт закрыт по метеоусловиям. Так что в любом случае вылет отложен. Пока на два часа.

— Но что изменится за эти два часа? — возмутилась Лера, прекрасно осознавая, как глупо звучат её претензии, но нелепая досада из-за задержки требовала выхода.

— Возможно, метеоусловия, — мягко улыбнулась девушка. — Полосу почистят от снега.

Пока ни один рейс не принимают. Но вашему ещё семь часов лететь. Да на два отложили. Может, к тому времени погода и изменится.

Наверное, у Леры все было написано на лице, так сочувствующе посмотрела на неё девушка в униформе. Отчаянная глупость. И глупое отчаяние. Зачем она ехала? Что ей взбрело в голову?

Она вернулась в машину.

Шоркали по стеклу дворники. Невыносимо медленно, торжественно и грустно падал снег. Приветливо светилось огнями здание аэровокзала. Но на самом деле Лере больше некого встречать. К ней никто не прилетит.

И слёзы текли по щекам именно от этой безжалостной окончательности.

Как же хотелось забыть это холодное слово «обман», отмахнуться от гнусной лжи, в которую она так легко, так искренне поверила. Как отчаянно хотелось увидеть Кирилла, прижаться к его груди последний раз. Обнять крепко-крепко, а потом отпустить… навсегда.

Телефон зазвонил глухо. Где-то в недрах кармана, словно откликаясь на её желание.

— Алло! — выдохнула Лера в трубку.

— Аэропорт закрыт, — его голос прозвучал так, словно аэропорт разрушен. Словно их уже разлучили.

Навсегда. И тихое шорканье дворников его машины по лобовому стеклу Лера не услышала. Она его ощутила.

— Я знаю, — прошептала она, вытирая слёзы. — Знаю.

— Но я вылечу первым же рейсом. Самым первым, каким только смогу.

— Зачем? — заплакала Лера, уже не сдерживаясь.

— Потому что я не могу без тебя. Не могу больше. И не хочу.

— Не прилетай, Кирилл. Это ни к чему. Я всё знаю. Про ту девушку. Про Варвару.

— Про какую Варвару? — не понял он.

— Которую ты тоже любил. К которой тоже летал.