Когда он был порочным

В воздухе стоял туман, а небеса были серыми, но что-то здесь было такое, что находило отклик в его сердце, напоминало его утомленной душе, что здесь, а не в Лондоне и не в Индии, его дом.

Но все это было слабым утешением ввиду того, что ему предстояло. Пришло время встретиться с Франческой лицом к лицу.

Он репетировал эту встречу тысячу раз, с того памятного разговора с Колином Бриджертоном в Лондоне. Что он скажет, как будет отстаивать свою позицию. И ему казалось, что он неплохо подготовился. Потому что прежде чем убеждать Франческу, ему пришлось убедить себя самого.

Он собирался жениться на ней.

Придется добиваться ее согласия, конечно; не силой же тащить ее под венец! Вероятно, она сумеет придумать бесчисленное множество причин, по которым такой брак следовало бы считать настоящим безумием, но в конце концов он убедит ее.

И они поженятся.

Поженятся!

Об этом он никогда не позволял себе мечтать. Но чем больше он думал, тем более здравой казалась эта мысль. Следует забыть о том, что он любил ее, любил долгие годы. Ей не обязательно знать об этом: если рассказать, она испытает неловкость, а сам он будет выглядеть сущим дураком.

Но если бы удалось представить ей этот брак как практический шаг и объяснить, почему такое решение является здравым во всех отношениях, это могло бы привлечь ее. Может, она и не поняла бы его чувств, так как не испытывала ничего подобного сама, но голова у нее была ясная, и здравый смысл был ей не чужд.

И теперь, когда он наконец позволил себе мечтать о жизни вдвоем с ней, он уже не в силах был отказаться от этой мечты. Он должен осуществить эту мечту. Должен.

И они будут жить хорошо.

Пусть она не будет принадлежать ему полностью - ее сердца, как он понимал, ему никогда не завоевать, - но ему будет принадлежать большая часть ее, и этого достаточно.

Это уж точно больше, чем он имеет сейчас.

Владеть даже половиной Франчески… все равно это будет райское блаженство.

Разве нет?

Глава 16

…но, как ты писала, Франческа управляет Килмартином просто замечательно. Я вовсе не намерен уклоняться от исполнения своего долга и уверяю тебя: не найдись мне столь способная заместительница, я вернулся бы немедленно.

Из письма графа Килмартина его матери, Хелен Стерлинг, два года и шесть месяцев спустя после его отъезда в Индию.

При написании сего граф бормотал себе под нос: А на вопрос-то мой маменька так и не ответила».Франческе не слишком-то нравилось считать себя трусихой, но если вопрос стоит так - вести себя как трусиха или как дура, - то уж лучше быть трусихой. Гораздо лучше.

Потому что только полная дура осталась бы в Лондоне, да еще и под одной крышей с Майклом Стерлингом, после того, как ощутила вкус его поцелуя.