Когда он был порочным

– Я так рада, что ты ждешь ребенка, - сказала Джанет и вдруг порывисто наклонилась вперед и сжала руку Франчески. - Так все это становится чуть более выносимым. Или, лучше сказать, чуть менее непереносимым, - добавила она не то чтобы улыбнувшись, но предприняв мужественную попытку растянуть губы в улыбке.

Франческа только кивнула, опасаясь, что если она скажет хоть слово, то сразу потекут слезы.

– Мне всегда хотелось еще детей, - призналась Джанет. - Но не судьба была. А когда Джон умер, я… Ну, довольно будет сказать, что еще ни один внук в мире не был окружен такой любовью, какая ждет дитя, которое ты вынашиваешь. - Она примолкла и сделала вид, что вытирает платком нос, хотя на самом деле хотела промокнуть глаза. - Ты не говори никому, но мне на самом деле совершенно все равно, будет это мальчик или девочка. Это будет частица Джона. Это и есть самое главное.

– Я знаю, - сказала Франческа негромко и положила руку себе на живот. Ей очень хотелось хоть как-то почувствовать присутствие ребенка у себя внутри. Она знала, что еще слишком рано для того, чтобы ребенок начал толкаться: она была едва на третьем месяце, если верить ее тщательным расчетам. Но ни одно платье еще не стало ей тесно, и еда казалась на вкус точно такой, как и прежде, и не одолевали ее ни причуды, ни болезненные состояния, о которых так много толковали другие женщины.

Она была бы только счастлива, если бы на протяжении всего этого времени она каждое утро извергала съеденное, - тогда можно было бы вообразить себе, что это ребеночек, находящийся у нее внутри, так машет ей ручкой и сообщает: «Вот он я!»"

"– Ты Майкла видела в последнее время? - спросила Джанет.

– Не видала его с понедельника, - ответила Франческа. - Он теперь редко сюда заглядывает.

– Ему не хватает Джона, - тихо сказала Джанет.

– Мне тоже, - ответила Франческа и сама испугалась той резкости, которая проскользнула в ее тоне.

– Майклу сейчас нелегко приходится, - задумчиво произнесла Джанет.

Франческа только в изумлении уставилась на свекровь.

– Я вовсе не хочу сказать, что тебе легко, - торопливо прибавила та, - но подумай, в каком он оказался щекотливом положении: он не будет знать, станет ли графом, еще шесть месяцев.

– Ну, тут я ничем не могу помочь.

– Ну конечно, ничем, - подхватила Джанет, - но ему- то как неловко! Я уже слышала не от одной мамаши, что они просто не могут считать его достойным женихом для своих дочерей, пока ты не разрешишься девочкой. Одно дело - выйти за графа Килмартина, совсем другое - за небогатого графского родственника. И никому не известно, то он или другое.

– Майкл не такой уж и небогатый, - брюзгливо заметила Франческа, - кроме того, он ни за что не женится до тех пор, пока не кончится траур по Джону.