Девочка-война

— Умываться будешь?

— Нет, я уже сделала это в клубе, — и от этих моих слов его глаза становятся грустными, он присаживается рядом со мной на корточки и смотрит на меня долго и вдумчиво, а затем выдает очередной вопрос.

— Душ?

— Нет уж, спасибо, — я вновь покрываюсь чертовым румянцем смущения рядом с ним и ничего не могу с собой поделать.

— Уверена? — мягко бомбардирует он меня вопросами.

— Я стесняюсь, Демид, — отвечаю я и смотрю в его глаза, тут же утонув в их стальной глубине.

— Ладно, — соглашается он и когда мы оба заканчиваем с чисткой зубов, командует, — идем, — подает мне руку и ведет меня в спальню, усаживает на кровать и тут же уходит в прилегающую смежную комнату, что на поверку оказывается гардеробной, по пути говоря мне, что хочет найти для меня одежду для сна.

Для сна? Да я в жизнь рядом с ним не засну! О чем он вообще толкует? Но, в разрез со своими мыслями, я все-таки откидываюсь на кровать и незаметно для себя тут же погружаюсь в сонную нирвану, лишь отдаленно воспринимая происходящее вокруг себя.

Х-м-м, кажется меня кто-то зовет и даже пытается разбудить.

Ой, не надо, я вас умоляю!

И вот я уже чувствую, как с меня стаскивают колготки, а потом приподнимают тело и расстегивают молнию платья на спине, очевидно, пытаясь снять его с меня. И в этот момент мои глаза распахиваются, и я понимаю, что нахожусь в полумраке спальни Демида и он планомерно высвобождает меня из моей одежды, пока я не оказываюсь только в одних микроскопических кружевных трусиках. Господи Боже ты мой!!!

Я прикусываю нижнюю губу, и вся растворяюсь в этом моменте, потому что он прекрасен.

Он так бережно прижимает меня к себе, так ласково гладит по спине, что мне хочется выгибаться как кошка и мурчать от удовольствия. Но я только притворяюсь спящей, малодушно стесняясь показать ему свои истинные чувства.

А вдруг он на них не ответит и что тогда?"

"И вот уже Демид через голову натягивает на меня свою футболку, пахнущую им и морской свежестью, а потом слегка приподнимает на руках и перекладывает меня на подушки, аккуратно прикрывая ноги одеялом.

А затем уходит.

— Демид, — вырывается из меня, когда он уже почти закрыл дверь в комнату.

— Да? — тут же обеспокоенно отвечает он.

— Пить хочется, — выдаю я и до боли прикусываю нижнюю губу.

— Сейчас принесу, — и уже через минуту он стоит передо мной и протягивает мне высокий стакан. Вот и все, сейчас он уйдет.

Ну так и правильно, дура ты набитая. Пусть топает. Пусть!!!

О, Боже, нет! Но он все-таки топает, а затем вообще выходит из спальни. А мне как будто ногу ампутировали, честное слово.