Кому добавки? История выживания на орочьей кухне

Там, где магистр различал сложную сеть переплетённых заклинаний, древние руны и потоки энергии, я ощущала лишь слабое покалывание в кончиках пальцев, словно воздух был наэлектризован перед грозой. Никаких светящихся символов, никаких пульсирующих линий силы, только пустота и моё растущее разочарование.

— Странно, — недоумённо бормотал Адриан после очередной неудачной попытки, почёсывая подбородок и хмуря брови. — Ты явно обладаешь достаточной магической силой, я это чувствую. Возможно, проблема в самом подходе?

С каждым днём безуспешных попыток наши беседы становились всё более напряжёнными и едкими.

Разочарование от неудач словно ядом отравляло воздух между нами, превращая занятия в словесные дуэли.

— Может, вы просто переоцениваете мои способности? — язвительно заметила я после того, как в очередной раз не смогла даже почувствовать структуру барьера, не говоря уже о том, чтобы как-то на неё воздействовать. — Возможно, я действительно всего лишь бездарная выпускница, которую справедливо сослали на границу?

— А может, ты просто не хочешь помочь? — не менее язвительно парировал Адриан, скрестив руки на груди и пронзив меня подозрительным взглядом.

— Теперь, когда орки надёжно защищены от вмешательства извне и находятся в безопасности, тебе выгодно сохранить нынешнее положение дел.

— Безопасности? — вспыхнула я, почувствовав, как кровь бросилась в лицо от возмущения. — О какой, к чертям, безопасности вы говорите? Если количество тварей будет расти такими же темпами, орки просто не выдержат натиска! А маги теперь не смогут прийти на помощь, и тогда…

— Тогда почему ты не стараешься больше? — перебил меня Адриан, и в его голосе зазвучали обвинительные нотки.

— Почему не прикладываешь все усилия, чтобы решить проблему?

— А откуда вы знаете, что я не стараюсь? — окончательно рассердилась я, вскакивая на ноги и сжав кулаки. — Может быть, я просто не умею делать то, что вы от меня требуете! Может, ваши драгоценные академические методы мне не подходят!

Адриан открыл было рот для очередной колкости, но внезапно замер и пристально посмотрел на меня. Гнев медленно сошёл с его лица, уступив место чему-то новому — не раздражению или подозрению, а искреннему любопытству исследователя, наткнувшегося на интересную загадку.

— Знаешь, — медленно произнёс он, и в его голосе появились совсем другие интонации — задумчивые, почти мягкие, — а что, если дело вовсе не в том, что ты не умеешь? Что, если проблема в том, что ты пытаешься делать это принципиально неправильным способом?

— О чём вы говорите? — настороженно спросила я, постепенно успокаиваясь под воздействием его изменившегося тона.