Кому добавки? История выживания на орочьей кухне

Оно было идеально ровным, а его поверхность покрывали не камни, а гладкие плиты из черного, похожего на обсидиан, материала. Вся поверхность плато была испещрена сетью рун, которые светились мягким, пульсирующим серебряным светом. Линии рун сходились к центру плато, где из земли вырастал огромный, в три человеческих роста, кристалл. Он был прозрачным, как слеза, но в его глубине медленно вращались мириады световых точек, похожих на пойманные звезды. От кристалла исходило такое мощное сияние и такая волна магической энергии, что волосы на руках вставали дыбом.

— Боги милостивые, — прошептал Дробитель Костей, снимая шлем. — Это же сердце самой горы.

— Узел силы, — выдохнул Адриан, и в его голосе звучал трепет ученого, воочию увидевшего то, о чем он читал лишь в древних манускриптах. — Сердце всего барьера.

— Я помню это место, — тихо сказал Скалолом, его голос дрожал от эмоций. — Дедушка приводил меня сюда, когда я был совсем мальчишкой. Он рассказывал, что еще до Заточения шаманы всех кланов собирались здесь раз в год, на великий совет.

Орки медленно, почти на цыпочках, ступали по руническим плитам.

Их лица выражали глубочайшее почтение. Они вернулись в самое священное место своего народа.

— Здесь наши предки говорили с небом, — прошептал Скалолом, опустившись на колено. — Здесь они просили у духов силы перед великими битвами.

— А теперь здесь мы просим силы для великого освобождения, — добавила Рысь, и в ее обычно резком голосе звучали нотки благоговения.

Адриан подошел к центральному кристаллу, но не решился прикоснуться к нему. Он водил рукой в нескольких дюймах от его поверхности, и я видела, как между его пальцами и кристаллом пробегают тонкие электрические разряды.

— Это невероятно сложная структура, — объяснил он, не отрывая взгляда от вращающихся внутри кристалла огней. — Барьер — это не просто стена. Это сеть, энергетическая паутина, которая опутала все орочьи земли. А это, — он указал на кристалл, — ее центральный узел, ее сердце и мозг. Отсюда идут нити ко всем общинам. Изменив что-то здесь, мы изменим всю сеть.

— Но как именно это работает? — спросил Острозуб, с опаской глядя на пульсирующие руны.

— Представьте паутину, — Адриан провел рукой в воздухе, очерчивая невидимые линии.

— Каждая община — это точка на паутине. А этот кристалл — центр, откуда исходят все нити. Когда орк пытается пройти через барьер, его сила начинает высасываться по этим нитям и стекается сюда, в узел.

— Значит, наша слабость за границами, — понял Дробитель. — Это заклинание специально нас ослабляет.

— Именно, — кивнул Адриан. — Барьер не мешает вам физически пересечь границу, но каждый шаг за ее пределами высасывает из вас жизнь.