Династия. Бастард

— Александр Грозин. Передайте, нам есть что обсудить. И что даже сгоревшие трупы иногда могут говорить.

— Вы пьяные, что ли? — хмурится гвардеец.

— Ты охренел, рядовой⁈ — рявкает Виктор. — Выполняй! А то за такие вопросы можно и в торец получить.

Охранник ещё глубже хмурится и возвращается к себе в будку. Должно быть, связывается с домом. Через минуту гвардеец подходит и говорит:

— Велели вас не пускать. Но её сиятельство согласна говорить, скоро будет.

— Это оскорбление, разве нет? — Виктор смотрит на меня.

— Конечно, — я киваю. — Но я не буду на него реагировать.

— Почему?

— Другие планы.

Через пятнадцать минут со стороны поместья приезжает белый Лексус. Из него выходит пожилая дама со светлыми волосами до плеч. Я выхожу навстречу, и при виде меня она презрительно морщится.

— Рад видеть, ваше сиятельство, — я улыбаюсь. — Отойдём в сторонку? Тема щепетильная.

Графиня молча поджимает губы, и мы отходим от машин на приличное расстояние.

— У тебя две минуты, чтобы рассказать, что за жуткие послания ты смеешь мне отправлять, — жёстко говорит она, когда мы останавливаемся.

Я шагаю к ней вплотную и с железом в голосе произношу:

— Даю вам ровно столько же времени. Я знаю, что вы хотели меня убить. Знаю, кто вам помогал. Я знаю всё. Теперь у вас есть две минуты, чтобы ответить — как мы будем решать этот вопрос?

Глава 17

Конечно, я блефую. Так, как никогда ещё не блефовал.

Какие, к чёрту, доказательства? У меня нет ни намёка на подобное. Кроме уверенности, что это именно графиня Белозерская хотела от меня избавиться.

Я пришёл к выводу, что даже если Юрий или Максим участвовали, то графиня сто процентов была в курсе. Или, с большей вероятностью, в доле.

Запачкать руки, но решить вопрос с бастардом, а взамен сохранить хотя бы часть активов? Выгодное дельце! Надо всего лишь нанять убийцу, который нанесёт один твёрдый удар.

Вот здесь-то у графини и вышла промашка. Убийца оказался тем ещё дебилом. Выбрал дурацкий способ покушения и плохо его исполнил. Результат — вот он я, жив-здоров и напрягаю свою двоюродную бабушку.

У неё, к слову, перехватывает дыхание, а шея и лицо покрываются красными пятнами. Графиня еле держит себя в руках. Похоже, я со своим блефом угодил прямо в цель.

— У тебя крыша поехала, бастард? — цедит Белозерская.

— Мне повторить? — рычу я. — У меня есть доказательства! Тот труп на пустыре о многом поведал. И не только он."

"— Я не понимаю, о чём ты. И не собираюсь слушать этот бред!

— Тогда, наверное, мой дедушка будет рад послушать.

— Мне плевать на тебя и на твоего деда. Ты ничего не докажешь!

Вот тут-то она и попалась. «Ты ничего не докажешь». Значит, есть что доказывать?

— Сейчас послушайте меня внимательно, ваше сиятельство, — говорю я, понизив голос. — Я готов простить вам попытку убийства.