Династия. Наследник

Убирая телефон от уха, я чувствую, как напряжение покидает меня. Падаю на кровать и расслабляю галстук. Нельзя сказать, что всё решилось лучшим образом — но главное, Вронские согласны на сделку. Со всем остальным мы разберёмся. Если понадобится, то окажем им поддержку и разберёмся с тем, кто их шантажирует. Я уверен, князь Грозин не откажется — наказать того, кто пытается спровоцировать войну между кланами, это и в наших интересах тоже.

Сообщаю графу Медведеву о том, что войны не будет, и Вронские готовы подписать соглашение. В голосе Давида Артуровича читаю скрытое недовольство.

Похоже, он и правда был бы не против кровопролития. Странно, учитывая, что его силы и силы Вронских примерно равны. Если бы на стороне Медведева выступила Династия, то и у Вронских нашлись бы союзники, и это спровоцировало бы цепную реакцию.

Хорошо, что получилось всё предотвратить.

Чувство облегчения накрывает с головой, и меня начинает клонить в сон. Заставляю себя встать с кровати и, чтобы взбодриться, делаю двадцать отжиманий и столько же приседаний. А потом, выровняв дыхание, набираю номер князя Грозина.

— Я уже слышал, — взяв трубку, говорит он.

— Вронские отказались от мятежа и готовы всё подписать, не так ли?

— Всё верно, ваше сиятельство.

— Отличная работа, Александр. Не знаю, как у тебя это получилось, но это настоящий подвиг. Если бы случилась война — последствия могли бы быть ужасными. Как у тебя получилось уговорить Вронских?"

"— Это не я, ваше сиятельство. Пока я был в Рязани, то ни разу не общался с бароном. Это Череповы.

— Погоди секунду, — через трубку ощущаю, как хмурится Григорий Михайлович. — Ты что, вёл переговоры с Череповыми?

— Да.

С представителем их рода, — уклончиво отвечаю я. — Они тоже были заинтересованы в том, чтобы компромисс был принят.

— Почему я только сейчас узнаю об этом⁈ Александр, это не шутки! Череповы — враждебный род, и у тебя нет права заключать с ними какие-либо соглашения, — строго говорит князь.

— Соглашения заключат Медведевы и Вронские. Я и представитель Череповых выступаем посредниками в переговорах.

— Ты ступаешь по тонкому льду, — хмуро продолжает дедушка. — Хоть ты и наследник, не бери на себя слишком много.

— Вы поручили разобраться мне с этим делом, я разобрался.

Род Грозиных не получил никакого ущерба. Не понимаю, чем вызвал ваше недовольство, — недоумевающим тоном произношу я.

Хотя на самом деле всё я понимаю. Григорий Михайлович воспринимает Череповых как кровных врагов и не понимает, как вообще можно с ними сотрудничать. Он ведь по какой-то причине считает, что они виновны в гибели его жены.

Надо будет, кстати, подробнее расспросить его о том покушении… Князь Черепов убеждал меня, что они здесь ни при чём.