Династия. Наследник

— Поэтому я хотел бы расставить все точки и узнать — зачем вы в тот раз пытались меня убить?

Графиня не доносит вилку до рта и с негромким лязгом кладёт её на тарелку. Помедлив, она складывает руки перед собой и произносит:

— Послушай. Причина была проста, и ты её знаешь. Я не хотела, чтобы часть моей компании получил ещё один Грозин. Тем более, позволь мне быть откровенной — чтобы её получил бастард.

Я молча киваю, мол, всё в порядке.

— Теперь я понимаю, что это была чудовищная ошибка. Надеюсь, ты простишь меня, — заканчивает Белозерская.

— Если бы не простил, то ни за что не позвал бы вас обратно в совет Цитаты, даже под давлением Ларина. Но мне интересно ещё кое-что. Вы бы явно сами не решились атаковать кого-то из члена рода Грозиных, даже бастарда. Ведь я был признанным бастардом.

— Думаешь, что мне бы не хватило смелости? — оскорблённым тоном спрашивает графиня.

— Думаю, кто-то вас надоумил. И, возможно, помогал всё организовать. Я хочу узнать, кто это был, — говорю и поднимаю ладонь. — Прежде чем ответите, хорошо подумайте. Я правда намерен продолжать наше партнёрство и развивать Цитату отдельно от всех прочих предприятий. А также я теперь наследник рода, и должен знать, кто мои враги. Если вы поможете мне в этом, я в долгу не останусь.

Почти прямо говорю, что не собираюсь подминать Цитату под Грозиных или Династию. При этом окажу компании всяческую поддержку, когда у меня со временем появится больше власти и средств. Ведь пока я только стал наследником, меня ещё даже никто не вводил в курс дел. Хотя князь обещал разъяснить, как всё обстоит в клане, и даже хотел поручить мне какое-нибудь задание. Чтобы, так сказать, проверить мои силы.

Зинаида Валерьевна протяжно вздыхает. Взяв чашку, она залпом допивает чай и негромко говорит:

— Прости. Я не могу сказать.

— Почему?

— Просто не могу. Давай не будем продолжать этот разговор, у меня из-за этого могут возникнуть серьёзные проблемы, — бросив взгляд в сторону зала, бурчит Белозерская.

— Хорошо, спасибо. То, что вы сказали, всё равно очень полезно для меня, — говорю я и возвращаюсь к десерту.

Вот оно что. Собственно, я догадывался. В тот раз, когда мы говорили втроём — я, графиня и князь Грозин — дедушка заставил Зинаиду написать обязательство о неразглашении. Меня тогда попросили выйти, и я не знаю, о чём Белозерская обязалась молчать.

Теперь понятно. О деталях покушения и о том, кто помогал ей с этим.

Что ж, ничего страшного. Раз она не хочет говорить, я поговорю с дедушкой. Он явно собирался скрывать эту информацию, в том числе и от меня, но теперь обстановка изменилась. Как я сказал — я теперь наследник и должен знать, кто мои враги.

Григорий Михайлович не дурак и понимает это. Так что наверняка не откажется поделиться информацией.