Для него важнее другая (СИ)

Он даже не касался ко мне, но я ощущала себя так, будто мне одним махом переломали все кости.

Тайлер медленно повернул голову и посмотрел на меня. Сколько же пренебрежения было в его взгляде."

"— Скажи, Олсен, может напоследок отсосешь мне? Чтобы, когда я в следующий раз на разборках встречусь с твоим братом, мог похвалить тебя. Сказать Лоренсу, что его сестра неплохо сосет и сперму глотает.

Он…Как он вообще мог говорить нечто подобное? После того, что сейчас было? Сознание плыло настолько, что мне казалось, будто все вокруг - это просто ужасный сон.

— Ты… ублюдок… — прошептала онемевшими губами. Пытаясь сжать ладони в кулаки, но даже это не в состоянии сделать. Зато, вновь всхлипывая.

— Чего ты, Олсен? Твой брат и твой отец должны знать, какая ты отборная шлюха. Так просто девственность мне отдала. Я был впечатлен, — Харис подошел ко мне, но лишь, чтобы забрать свою толстовку. – Такое же никчемное существо, как и вся твоя семья. Так, что, возьмешь в рот?

— Иди к черту, — произнесла, сквозь слезы. – Я никогда…

— И опять ты показываешь то, что у тебя в голове мусор, — Харис надел толстовку. — Ты мне нахрен не нужна. У меня невеста есть, которая скоро станет моей женой. Я лучше себе руки оторву, чем еще хоть раз прикоснусь к тебе.

— И нормально тебе будет?.. – я пыталась хоть чем-то уколоть Тайлера. Надеялась таким образом хоть немного унять чертову боль и безысходность.– Сделать Шейлу женой после того, как переспал со мной?

Харис посмотрел на меня так, словно я пробила дно, сказав самый идиотский бред.

— Это была лишь вынужденная мера. Но она помогла, — Харис опять посмотрел на свое запястье. – Значит, оно того стоило.

Альфа наклонил голову набок:

— Я ухожу. Метки больше нет и мне откровенно похрен на тебя. Если хочешь, чтобы я помог тебе выйти из леса, умоляй, Олсен.

— Иди к черту, Харис, — сказала, на внутреннем содрогании.

Он ничего не сказал. Лишь окинул меня взглядом, после чего развернулся и пошел прочь.

42

Слезы все так же текли по щекам и ощущение собственной никчемности разрывало на куски. Изгрызало изнутри. Уничтожая по частицам. Так, что сознание вдребезги и душа в пепел.

Кое-как я поднялась на ноги и побрела к воде.

Они меня совсем не слушались, я будто находилась в невесомости и не чувствовала собственного тела, только рука все еще жгла невыносимой болью, хоть на ней уже и нет никакой метки.

В голове белый шум.

Вода, в которую я зашла, уже не казалась такой приятной. Наоборот, обжигала едкой прохладой, но заходя поглубже, я вообще нырнула с головой.

Продолжала проклинать себя каждую секунду. И ловила на мысли, что не хочу выныривать. Желание утопиться прямо здесь казалось единственным выходом, потому что я не понимаю, как после произошедшего сама смогу смотреть в свое отражение в зеркале.