Дочь мэра (СИ)
ИСТОРИЯ О ЯНЕ БЕЛОВОЙ. ДОЧЬ САШИ БЕЛОВА (МЭРА) Он — боец спецназа, был ранен во время выполнения боевого задания. Она — студент-медик, отправленная на практику в военный госпиталь. Он балованный женским вниманием, а она — домашняя девочка и любимая дочка отца. Между ними так много «но«…и так много «если». И только редкая группа крови одна на двоих… — Красивая, наклонись, поцелую! — Богдан, прекратите немедленно! — Что надо сделать, чтобы ты моей стала? Ты ведь и так у меня под кожей…
Сейчас главное не взорваться и слюной не подавиться.
Смотрю на себя в зеркало и думаю, ну вот какой мне сюда пирожок? Сам как пирожок на больничных харчах стал.
— Мам, ты чего не предупредила, я тут уже думал обезвреживать вора, — захожу на кухню и застаю маму за готовкой. Она сразу поднимается, подходит ко мне и обнимает.
— Я вообще думала, что ты дома, сын. Тебе постельный режим положен, — она касается моего лица чуть выше брови и негодующе хмурится, но все еще насилу улыбается.
— Мам, какой постельный режим, ты чего? Видела мою форму? Вообще не але, мне в зале надо прописаться на ближайшие пару недель.
— Облачко, говоришь? И как сходили в театр? — подозрительный взгляд на мгновение скользит по моему лицу, и я вдруг улавливаю нехорошие такие импульсы. Не понял."
"— Нормально сходили, а что такое, мам? — сажусь за стол и складываю руки перед собой. Мне не нравится вот эта манера и интонация, с которой она говорит о Яночке. Нехорошие такие ощущения имеются.
— Да ничего, просто спрашиваю, — но настроение у нее падает вниз, и это определенно точно.
— Нет, давай без это лабуды, мам. Говори уже прямо, — начинаю звереть по-новой, теперь еще из-за необоснованной ревности или че у нее там сейчас в голове.
Но мать молчит, перекладывая горячие пирожки их духовки на поднос. Пахнет так, что я готов сожрать свои пальцы, но пока давлюсь слюной. Во-первых, у меня типа режим, а во-вторых, надо обсудить эту ситуевину.
— Ничего, сын, просто мне кажется, она не для тебя. Вернее, ты совсем не для нее. Дочь мэра, балованная девочка, все ей можно, что она только ни захочет.
Это хорошо, что я еще сижу, а то так бы нахуй упал на бок от услышанного. Чего? Чего-чего?
По вене бьется гнев, но я сдерживаюсь, потому что это мама, и потому что я не хамло. Точно не хамло. С чего она вообще взяла, что Облачко балованная? Она еще балованных не видела! Вот Жанна больше смахивает на дочь мэра, чем Яна!
— Ты даже не представляешь, какой я сейчас злой домой пришел, и еще сверху мне дровишек в огонь подкидывают, — цежу еле слышно, сжимая руки в кулаки.
— Я говорю правду, Богдан. И это мое мнение, — мертвым голосом заявляет мне мать.
— Прекрасно, свое мнение можешь оставить при себе, — встаю рывком, понимая, что тянущая боль еще имеется. Сука! Дайте мне мою форму, я пойду тренить!
— Ты хочешь, чтобы у тебя было, как у меня в свое время? Только в моем случае был богатенький ублюдок, который клялся в любви, а затем просто бросил нас с тобой.

















