Доходный дом мадам Зоуи

Узкая кровать, застеленная застиранным покрывалом, шкаф с покосившейся дверцей, стул, в спинке которого не хватало одной дощечки; короткие серые шторы чуть закрывали грязное окно; у изножья кровати лежал круглый тканый коврик, наверняка когда-то яркий, сейчас он выглядел печально.

– Очень удобно, сразу у входа, – повторила девушка, пряча спиной огромную дыру в стене.

– Угу… вы говорили, свободных два? – спросила, подумав, что номер у входа удобен, если случился пожар, а так это постоянное гроханье дверей. Да и соседство с трактиром номеру плюсов не добавляло, это он сейчас не работает, а завтрашнюю ночь подпрыгивать от криков и пьяной ругани? И кто вообще придумал устроить здесь трактир? Кафе, чтобы только днём работало, я понимаю, но трактир?

– Да, идёмте, – прервала мои мысли девушка, закрывая дверь первого номера, на которой, как выяснилось, отсутствовал замок, и повела меня вглубь здания, на ходу показав на противоположную дверь, – этот номер занят, следующий ещё свободен.

Второй номер ничем не отличался от первого, осмотренного мной, разве что шторы здесь были подлинней, а окна выходили, судя по буйству зелени, в сад, а не во двор. А ещё рядом с номером были туалет и душевая, так что запах стоял соответствующий.

– Эта комната рассчитана и на посетителей трактира? – спросила, показав на заляпанную у ручки дверь, за которой находился клозет.

– Да, но… трактир не работает сегодня.

– А завтра? – насмешливо осведомилась, обратив внимание на заминку.

– Завтра… здесь остановятся проездом фермеры, – нехотя ответила девушка, тут же добавив, – но они тихие.

– Ясно. Спасибо, мне нужно подумать, – проговорила, покидая грязный, пахнущий затхлостью, пылью и чем-то кислым номер.

– Я уступлю вам! За шесть дней всего полтора толера! – выпалила девушка, последовав за мной, но я была непреклонна. Да, снаружи дом меня восхитил, но оставаться здесь даже на одну ночь было опасно, а ещё очень грязно.

– Нет, – коротко ответила, быстро пересекая холл, но на пороге резко остановилась, услышав невнятное и сердитое ворчание мизель, и быстро проговорила, – что вы сказали?

– Никак не могу продать этот дом… получила в наследство от своей чокнутой бабки, – повторила девушка, тяжело и обречённо вздохнув, – у меня жених в Бонвиле… думала, быстро продам и вернусь, а такая рухлядь никому не нужна. Старуха долгов наделала, налоги больше пяти лет не платила, ремонт требуется, ещё эти фермеры повадились сюда заезжать каждый четверг, как будто мест других нет.

– А сколько за дом хотите? – не знаю, зачем спросила, понимая, что на покупку дома столько украшений у меня не наберётся. Стоимость квартир из одной-двух комнат я в объявлениях газеты уже видела, и мне никогда не собрать столько соренов.