Доходный дом мадам Зоуи

Теперь меня больше всего беспокоили совсем другие хищники, куда коварнее и опаснее – люди. Рассказать аборигенам, что я вышла из пещеры и совершенно не знаю, где очутилась, или лучше промолчать? И что делать, если меня примут за ведьму и потащат на костёр? Или здесь предпочитают казнь посредством обезглавливания…

– Тьфу, совсем уже, – сама на себя выругалась, невольно вспомнив слова Эли, что наши мысли материальны, и если очень захотеть, то они обязательно воплотятся. Вот только я никогда не мечтала очутиться в ином измерении, меня в моей жизни всё вполне устраивало.

Однако опасения быть объявленной ведьмой или, того хуже, сумасшедшей, поумерили мою прыть, и к городку я пробиралась крадучись. А возле дерева, одиноко растущего на небольшом холме, всего в ста метрах от первого домика, притормозила и спряталась за большим пнём, решив немного понаблюдать за местным населением.

Но время шло, а люди пока не появлялись, зато я отметила, что за дырявым частоколом ходят привычные куры, копошащиеся в куче навоза. Поросята тоже знакомо похрюкивали, поедая тёмно-зелёную крапиву. И серый кот, неуклюже переваливаясь с лапки на лапку, вальяжно прохаживаясь по коньку крыши какого-то полуразвалившегося сарая, тоже радовал своим привычным видом.

– Чёрт! – выход высокой, дородной дамы из небольшого домика, выкрашенного в жёлтый цвет, оказался неожиданным. Из опасения быть замеченной я быстро прижалась к земле и, ощущая себя разведчиком в стане врага, принялась изучать даму. Но и развешивающая бельё женщина ничем от меня не отличалась, разве что была чуть шире в объёме и немного выше меня ростом.

Наверное, именно в тот момент, когда я осознала, что женщина похожа на меня, в мою голову пришла гениальная идея – снять с верёвки чужую юбку и рубаху, переодеться в местный наряд и слиться с аборигенами. Теперь осталась самая малость – успешно осуществить свой дерзкий план…

Глава 2

Так бешено моё сердце ещё не колотилось, мне казалось, его стук слышали все. Иначе почему розовая, повизгивающая мелочь прекратила жевать крапиву, а петух погнал своих девочек к невысокому домику. Пока я ползла к дыре в частоколе, успела проглотить муху, вляпаться в паутину и прокатить на себе злющего паука. Обжечься о вездесущую крапиву и влезть рукой в следы жизнедеятельности коровы.

Но всё же, преодолевая трудности, выпавшие на моём тернистом пути, я благополучно добралась до забора. Пролезла в дыру и, словно ретивая, быстроногая лошадка, метнулась к верёвке. Как опытная воровка по краже сохнущего белья, сняла одежду, мысленно пообещав женщине когда-нибудь заплатить за неё, и перемахнув через забор, спряталась за небольшую постройку.