Дорога дорог

Просвистевшее в воздухе копье вонзилось в одно из змеиных колец, тело удава развернулось, подобно пружине, голова приподнялась локтей на пять над землей, откинулась назад, готовясь нанести сокрушительный удар новому противнику, но броска не последовало — верхняя половина громадного гада продолжала угрожающе извиваться, нижняя же замерла, будто парализованная.

— Ты перебил ей позвоночник! — крикнул Гиль. Из тускло посверкивающего металлического жезла, оказавшегося в руках чернокожего мальчишки, вырвался тонкий, как игла, луч ослепительно белого пламени.

Скользнув по влажному, зашипевшему перегною, он коснулся удава, и срезанная ромбовидная голова его со злобно оскаленными клыками мягко стукнулась оземь. Тело, свиваясь в петли и кольца, продолжало еще некоторое время фонтанировать кровью, но и оно вскоре затихло.

— Быстрая гадина! — пробормотал северянин, морщась от боли в ободранном плече, и кинул меч в ножны. — Эмрик, ты чуть не проткнул меня насквозь! — Он выдернул копье из вздрагивающего змеиного тела и, обтерев наконечник о траву, передал его товарищу.

— Ты предпочел бы смерть в объятиях этого красавца? — спросил Эмрик насмешливо, но узкое лицо его с тонкими бесцветными бровями оставалось серьезным.

— Гиль, где твой бальзам? Если наш друг и дальше будет столь неосмотрителен, ты скоро заделаешься настоящим лекарем.

— Сейчас я наложу тебе повязку, пропитанную мазью, а на привале займусь раной как следует, — серьезно пообещал мальчишка, роясь в переметной суме.

— Да уж, такой раной надо заняться, — передразнил его северянин, вытирая сорванными листьями стекавшую по плечу кровь.

— До ночи никаких остановок. Удав этот напал очень вовремя, запасы пищи подходят к концу. Если ты вырежешь из него несколько кусков покрупнее, я угощу вас превосходным ужином, и еще день-два можно будет не тратить времени на охоту, — обратился он к Эмрику.

Тот вытащил меч и с отвращением пнул удава ногой:

— Хотел бы я знать, где у этого ползучего деликатеса филейная часть и долго ли нам еще питаться подобной гадостью?

— Великолепный экземпляр. На базаре Исфатеи мы продали бы и мясо и шкуру по хорошей цене, — весело отозвался Мгал.

"

"— Барра делали из змеиной кожи пояса, обтягивали ею колчаны и ножны. А из шкуры этого великана вышла бы не одна пара сапог. В нем, верно, локтей восемнаддать-двадцать будет, — заметил Гиль, ловко накладывая повязку на плечо северянина.

— Кроме скарусов, мы едва ли отыщем здесь желающих приобрести шкуру этого гада. Да и те скорее позарятся на наши, — процедил Эмрик сквозь зубы, вырубая из тела удава здоровенный кусок.

Мгал и Гиль переглянулись, едва удерживая улыбки.