Дорога дорог

Батигар медленно привстала с утрамбованного земляного пола и, оценив взглядом расстояние до плюгавого сморщенного человечка, рванулась вперед. Она доберется до его горла, а там — будь что будет. Тюремщики стояли несколько правее и не могли поспеть за ее молниеносным броском — расчет был точным, но принцесса не приняла во внимание Тенесану. Рука престарелой танцовщицы, прятавшаяся где-то в складках широких, непомерно пышных розовых одежд, неожиданно вынырнула из-под них, боль иглой прошила девушку, и она рухнула у ног желтоглазого.

— Спасибо, Сана. Не надо музыки, танцы отменяются.

Ну что, девочка, больно? Кстати, ты можешь звать меня Хозяином. Временно, разумеется, пока я не подыщу подходящего покупателя.

Хлыст ожег Батигар выше колен, и девушка, кусая губы, подумала, что если бы ее не ошеломила внезапность удара, она запросто добралась бы до горла этого дохляка. Принцесса рванулась вверх, надеясь достать его в прыжке, и тут же со сдавленным стоном вновь уткнулась лицом в пол. Желтоглазый предусмотрительно успел наступить ей на разметавшиеся волосы, а Тенесана, угадав ее намерение, стремительно опустила хлыст на икры девушки.

— Увы, — скорбно пробормотал желтоглазый. — Прежде чем перейти к танцам, девочке надо познакомиться с нами получше. Сана, передай ее Ман, пусть отведет к ""жеребцам"". Но только для первого знакомства.

— О, Хозяин, зачем беспокоить Ман? Я сама провожу ее, до следующего урока довольно времени.

Желтоглазый пожал плечами и кивнул стражникам. Те рывком подняли принцессу с пола и, заломив ей руки за спину, поволокли к выходу, следом за колыхающейся тушей Тенесаны.

5"

"Кенгар в нерешительности остановился перед массивной дверью из полированного черного дерева, инкрустированного золотой проволокой, замысловатые переплетения которой образовывали странный, похожий на старинные письмена узор.

Хитроумный унгир не без основания подозревал, что Смотритель фонтанов неспроста пригласил его в гости, а нечистая совесть подыскала множество благовидных предлогов, чтобы уклониться от визита, и так, вероятно, Кенгар и поступил бы, если бы хорошо развитое чутье не подсказало что, отклонив приглашение, он навлечет на свою голову неприятности несравнимо большие, чем ожидавшие его при встрече с Нармом. И все же если бы Кенгар знал, что хозяин собирается принимать его в своем кабинете, о котором при дворе Мадана ходили самые зловещие слухи, он бы и близко не подошел к его дому. Теперь же отступать было поздно — хмурый слуга, заметив колебания посетителя, распахнул черную дверь и отступил в сторону, жестом приглашая его войти.

Переступив порог, Кенгар остановился пораженный. Кабинет Смотрителя фонтанов оказался чем-то средним между лабораторией и сокровищницей.