Дорога дорог

"

"— …после чего победивший становится владельцем ""Забияки"" и капитаном корабля.

— Лив шутить не намерена и мечом владеет виртуозно. Она стремительна и вынослива, как тонг, так что старайся не затягивать бой и покончить с ней как можно быстрее, — напутствовал Бемс северянина и отступил к борту.

Тяжесть оружия заставила Мгала подобраться, а вкрадчивые движения Оливетты, ставшей вдруг удивительно похожей на учуявшего добычу хищника, укрепили сложившуюся уверенность в том, что предстоящий поединок потребует от него напряжения всех оставшихся сил. И все же убивать или калечить женщину, лишившуюся рассудка при известии о гибели мужа, ему очень не хотелось.

Приблизившись к северянину танцующей походкой, Лив, желая составить представление о мастерстве противника, сделала один за другим три выпада, на которые Мгал, следуя совету Бемса, ответил ударом, от которого щит девушки развалился на части, левая рука окрасилась кровью, а лицо исказила гримаса боли. Пираты приветствовали его удар громкими воплями, но, занятый боем, северянин не понял, какие чувства преобладают в толпе — возмущение или одобрение.

Первая неудача придала Лив осторожности, движения ее стали еще более плавными и быстрыми. Она скользила по палубе с грацией и стремительностью, созерцание которых в иной ситуации доставило бы Мгалу истинное наслаждение, однако теперь речь шла о жизни и смерти, и, с трудом парируя выпады сумасшедшей девицы, пытавшейся достать его своим мечом то справа, то слева, то сверху, то снизу, он мысленно согласился с Бемсом, признавая, что долго ему такой темп не выдержать. Дважды алебарда его со свистом проносилась на волосок от Лив, но та была начеку и, не пытаясь отражать сокрушительные удары, уклонялась, отскакивала, приседала и подпрыгивала, не испытывая, казалось ни малейшего утомления. Подвижность ее была столь удивительна, что северянин не решался повторить прием, использованный им против седоусого гвардейца, — малейшая оплошность могла стоить ему жизни, уж слишком близко оказывался порой кончик меча кровожадной вдовы.

Они кружили вокруг мачты, то сближаясь, то отдаляясь друг от друга, будто исполняя какой-то замысловатый танец, и чем дальше, тем определеннее становился его рисунок и характер избранных противниками приемов. Несмотря на то что меч Лив имел достаточную длину, с алебардой он сравниться не мог, и девушка стремилась перейти в ближний бой. Мгал же, стараясь использовать преимущества своего оружия, отступал, чтобы в ограниченном зрителями круге сохранить пространство для маневра: пока опыт прежних боев не подсказал ему приема, который должен был положить конец этому затянувшемуся кружению.