Дорога дорог

Любопытно было бы взглянуть на четвертого пассажира, может, он на что сгодится? Где ты его прячешь, Тегай?

При этих словах Мисаурэни Батигар втянула голову в плечи и тихо отползла от края штабеля, подумав, что зря не прыгнула за борт и не подождала на каком-нибудь островке следующий корабль, идущий в Сагру.

2"

"Помощник капитана биремы выслушал пароль-приветствие, подержал на ладони серебряную звезду доверия и, смирясь с неизбежным, велел матросам отвести одноглазого к мастеру Толеро. По закону он обязан был сделать это, однако, если дело оказалось бы пустяковым, сутки не смыкавший глаз Толеро, и в мирное время не отличавшийся мягкостью, не преминул бы учинить своему подопечному разнос, ядовито заметив для начала, что соблюдение всевозможных формальностей не является единственной добродетелью, способной украсить офицера его корабля. Если же дело действительно серьезное… Но думать об этом помощнику капитана не хотелось, поскольку столкновение с патрульными галерами стоило жизни каждому третьему из команды ""Норгона"", едва успевшей оправиться после жестокого шторма, который сильно потрепал только что сошедший со стапелей корабль. Сейчас им прежде всего надо заняться ремонтом и пополнить убыль команды, иначе, если события в Сагре будут развиваться в нежелательном направлении, они не дойдут даже до Манагара.

Следуя за матросами по катастроме — платформе, идущей посреди судна над местами для гребцов верхнего яруса, — Заруг в первый раз с момента прибытия в Сагру почувствовал, что упорство его начинает приносить плоды. Кто-нибудь другой на его месте, обнаружив, что Дом Белых Братьев закрыт, а все сочувствующие им схвачены по распоряжению Владыки города, вероятно, счел бы в таких условиях поиски кристалла занятием безнадежным, но Заруг был слишком исполнителен и предприимчив, чтобы опустить руки. Слишком много сил затратил он на розыски проклятого северянина, чтобы признать себя побежденным. К тому же у него были деньги и портрет Мгала, а интуиция подсказывала, что положение в Сагре вот-вот должно измениться — и так оно и случилось. Осталось лишь заручиться поддержкой мастера Толеро, и тогда…

Дремавший в изящном, казавшемся слишком хрупким для его крупного тела кресле капитан ""Норгона"", заслышав приближающиеся шаги, открыл глаза и устремил на Заруга прямой требовательный взгляд.

— Во имя Света и Единства! — произнес тот. Протянул капитану звезду доверия и, после того как Толеро убедился в ее подлинности, письмо мастера Урогаля.

Сделав матросам знак удалиться, капитан внимательно изучил печати, сломал их и выдернул нить, которой было прошито письмо. Прочитал первые строчки и поднял глаза на Заруга.