Дорога дорог

Расстояние от карниза до пола пещеры Утерянных голосов равнялось примерно трем десяткам шагов, и Мгал преодолел его в считанные мгновения — сила, природная ловкость и несколько предыдущих спусков сделали свое дело. Коснувшись ногами земли, он сбросил веревку и, настороженно озираясь, чутко прислушиваясь к мерному дыханию спящих, двинулся к девушке, неподвижно сидевшей у очага. На лице ее застыло выражение страха и недоумения, вид Мгала, внезапно вынырнувшего из тьмы и ловко пробиравшегося к ней между спящими рыкарями, не только не обрадовал, но, казалось, еще больше испугал ее.

— Принцесса, я пришел спасти тебя. Я сумею вырвать тебя из рук разбойников, если ты доверишься мне. — Северянин выхватил из-за пояса нож, однако Чаг, вместо того чтобы возликовать и достойно приветствовать своего спасителя, с тихим стоном отшатнулась от него.

— Я друг, друг! Позволь перерезать веревки и освободить тебя!

— Уходи! Уходи, иначе я закричу! Ты не южанин, тебя выдает твой говор, и я никуда не пойду с тобой!

— Но… Послушай, я хочу спасти тебя!

— Нет! Не надо мне никаких спасателей! Тут по крайней мере я знаю, чем заплачу за свободу. А что потребуешь ты, одному Небесному Отцу ведомо. Слышишь шаги? Это возвращается Заруг!

— Так ты не пойдешь со мной?

— Нет!

Лицо девушки не оставляло сомнений в том, что решение ее непреклонно, и Мгал, бесшумно отступив от костра, опустился на шкуру рогача и прилег рядом с атаманом рыкарей — шаги Заруга приближались, и нечего было и думать скрыться до его появления в пещере.

— Чего вскочила? На сегодня все. — Заруг уселся около угасавшего костра, и губы его искривила усмешка, похожая на гримасу. — Через день-два узнаем, не соврала ли ты мне, и тогда отправим гонца к Берголу.

— Это что же, вы еще трое суток намерены держать меня вот так, спутанной по рукам и ногам? — угрюмо поинтересовалась Чаг.

— Там видно будет. Спи пока.

Девушка скосила глаза в сторону Мгала и откинулась на охапку соломы.

Некоторое время Заруг с непроницаемым видом смотрел на нее, потом достал откуда-то из складок плаща изогнутую трубку, повернулся к очагу, и вскоре душистый голубоватый дымок тонкой струйкой потянулся к потолку пещеры.

Мгалу доводилось слышать об ароматной травке, навевающей сладкие сны и волшебные видения, и сейчас, глядя, как поникли плечи Заруга, все ниже и ниже клонится его темноволосая голова, он подумал, что скверная привычка длиннолицего видеть сны наяву сослужит на этот раз добрую службу. Убить сидящего у костра человека было нетрудно, но северянин предпочитал без крайней необходимости не лишать жизни ни одно существо.