Дорога дорог

— Плосконосый не захотел достаться на обед кротолюдам и сам перерезал ее!

— Обломок кинжала, спрятанный в лохмотьях, избавил его от страхов и приблизил вечный покой, — заметил пожилой воин. — Он решил обмануть судьбу и во второй раз избегнуть встречи с кротолюдами. Встречи он избежал, но вот удалось ли ему при этом обмануть судьбу?

— Это ты дал ему нож, Рагул? — Лицо командира полусотни потемнело от прилива крови.

— Как можно?! — притворно изумился Рагул и мгновением позже спокойно признался: — Да, я. Быть может, ты и меня собираешься отправить в расщелину?

Командир отряда стиснул кулаки и отвернулся, а когда гвардейцы и осужденные вновь смогли увидеть его лицо, на нем не было заметно и тени волнения.

— Кто следующий?

Готоро исчез в расщелине без лишних слов, попросив напоследок, чтобы гвардейцы не мешкали со спуском мечей. Следом за ним в веревочную петлю залез Вислоухий и, прихватив флягу, которую не пожелал взять с собой Плосконосый, скрылся в туманной глубине.

Оба благополучно достигли дна и отцепили веревки. Наступила очередь Дагни и Мгала, причем женщина пожелала, чтобы ей предварительно завязали глаза какой-нибудь тряпицей, поскольку она с детства боится высоты.

— Ты остался последним, — обратился командир отряда к северянину. — Что мы можем сделать для тебя?

Мгал помедлил в нерешительности, потом подал знак ""спускайте"". Командир полусотни поднял руку в прощальном приветствии, и северянин ощутил запоздалую симпатию и сочувствие к этому человеку, вынужденному выполнять противные его натуре приказы."

"В следующие мгновения перед глазами его заскользила влажная буро-голубая поверхность скалы в черных и рыжих потеках, исчерченная сетью трещин, покрытая пятнами грязно-зеленого лишайника. Затем его развернуло лицом к центру расщелины, и он, словно в серебристо-серый кисель, погрузился в пелену плотного тумана.

Сначала Мгалу показалось, что он вот-вот захлебнется, в глазах потемнело, в висках забухали тяжкие молоты, но удушье тут же прошло. Полосатый, похожий на слоеный пирог туман начал редеть. Мгал ударился локтем о какой-то выступ и услышал предостерегающий крик:

— Подожми ноги!

Северянин последовал совету и пружинисто опустился на широкий каменный уступ, где уже стояло трое осужденных.

— С прибытием! — весело приветствовал его Вислоухий, помогая освободиться от веревочной петли. — Все в сборе, теперь подождем, пока нам спустят факелы и прочее обещанное добро.

— Подождем, — согласился Мгал и, чтобы проверить возникшее у него при спуске чувство, задрал голову вверх. Как он и предполагал, стена имела небольшой обратный уклон, то есть нависала над площадкой, приютившей осужденных.