Дорога дорог

В обмен на серебро Бергол и его советники поставляют нам пищу, одежду, кое-какие инструменты — словом, все, в чем у нас возникает нужда.

— Но хлеб мне давали свежий, причем приготовленный так, как это принято на севере.

— У нас есть свои пекарни. Множество людей, принявших Законы Горы, работают на склонах Гангози: сеют хлеб, пасут стада. Среди них есть и северяне, так что каждый может питаться тем, к чему привык, тем, что ему больше по душе. Если хочешь, поднимемся на поверхность, и ты увидишь наше верхнее хозяйство. Если же тебя больше интересуют недра Горы, то сегодня начался очередной разлив Серебряного Ковша, и ты можешь посмотреть, что умеют наши мастера. У тебя в запасе три дня.

— Ладно, веди, по дороге поговорим, — решил Мгал, которого уже начала раздражать медлительная речь и отсутствующий вид Фалигола.

3

— Куда ты поведешь меня сегодня? — приветствовал северянин своего флегматичного проводника. — В нашем распоряжении остался последний день, и я хочу, чтобы ты показал мне то, что считаешь главным в вашем подземном городе.

— Хорошо, твои пожелания совпадают с моими намерениями. Я сведу тебя в Хрустальный Чертог Посвященных. Но прежде исполню обещанное: ты увидишь своих товарищей — тех, с кем тебе пришлось плутать в недрах Горы. Ты ведь этого хотел, не так ли?

— Правда, — подтвердил северянин и двинулся за Фалиголом по коридору, связывавшему жилые ячейки на одном ярусе.

После двух дней, проведенных с Вопрошателем Сферы в подземном городе, голова северянина слегка закружилась. Порой ему казалось, что попал он в сказочный мир древних, а порой одолевали сомнения — не сон ли это: не могло всего этого быть на самом деле. Чего стоил, например, один Серебряный Ковш — настоящее серебряное озеро в огромной полукруглой, выточенной из камня чаше, расплавленное таинственным способом. А разлив яростно клокочущего, сияющего, ослепительного, несмотря на защитные стекла для глаз, металла по формам и формочкам, крутившимся вдоль поочередно открываемых стоков на удивительных блестящих колесиках по не менее удивительным полозьям! А изумительно точные отливка и штамповка изысканных кубков, блюд, браслетов, колец и прочего ювелирного товара, выдаваемого в других городах караванщиками Бергола за изделия исфатейских мастеров! А колоссальные стволы шахт с тяжкими подъемными блоками, извлекавшими из бездонных глубин горы дробленой породы!"

"Фалигол был прав: для того, чтобы разобраться во всем этом, необходимы были годы. И не потому, что Вопрошатель Сферы что-то скрывал.