Он тебя не любит(?)

Вот только почему-то от этих мыслей в груди сворачивалось что-то незнакомое и ледяное, оно холодило под ребрами, и тогда Ямпольскому казалось, что дальше будет только хуже. И все чаще стало проскальзывать, что лучшим выходом будет, если к Маркелову в машину с тюбиком губной помады в кармане сядет он сам.

***— Рома, почему мы не можем с тобой сами порешать этот вопрос, мне обязательно общаться с твоим писюном? — Арсен недовольно поморщился, уже сам сообразив, что сморозил, а теперь еще вынужден был слушать доносящийся из динамика гогот старшего Демидова.

 — Я хотел сказать, с твоим сыном. Ну хватит, Рома, смотри, еще один инфаркт поймаешь, если будешь так ржать. Да мне пожрать некогда, я и так замахался с эти тендером, а тут еще сынок твой… Ну и сволочь же ты, Демидов!‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он отключился, матернулся и снова прижал телефон к уху, звонили юристы, ничего не выгорало, если не будет документов на землю, а земля была, мать ее, демидовской.

Вот разве что с Мишей перетереть, кто там у них в министерстве может помочь, документы будут, куда денутся, чтобы только их на тендер взяли…

Арсен уехал в город и вернулся сравнительно поздно, уже начинало темнеть. Он поднялся в кабинет, бросил на стол ноутбук и только собрался сесть в кресло, как углядел на углу стола три круглых печеньица, которые теперь часто стали печь на кухне. С печенья успели насыпаться крошки, и Ямпольский с недоумением соображал, откуда они здесь взялись.

Или персонал настолько обнаглел, что в его кабинете перестали убирать? Чем тогда занята вся эта толпа во главе с его женой, когда у него в кабинете такой, прости Господи, срач?"

"Ямпольский медленно закипал, но вдруг заметил краем глаза, как шевельнулась портьера. Быстро пересек кабинет, отдернул штору и в изумлении уставился на Эвину дочку, сидевшую под стенкой, обхватившую коленки и смотревшую на Ямпольского как на врага.

— Что ты здесь делаешь, Мария? — вообще ему хотелось на ком-то оторваться и поорать, но не настолько же он урод, чтобы орать на ребенка.

Это ее мамочка с нянькой сейчас отгребут и охранник, который в доме. Полный дом людей, а ребенок сидит у него в кабинете, и всем похер…

Он вызвал по связи охрану, а заодно и свою жену с нянькой, этой Ниной … Федоровной. От души оторвался на Андрее, охраннике, дал трындюлей Нине Федоровне и разок гаркнул на Эву. Зато сразу попустило.