Драконье серебро

Со вздохом скомкала в руке покрывало. И замерла. На белой шкуре лежали гладкие камушки, пучок сушеных трав и рядом — волос. Черный и такой длинный, что, когда я встала и осторожно подняла его на вытянутой руке, достал до пола. На миг даже мелькнула мысль, что волос принадлежит Красту, но тут же пропала. Во-первых, шкуры выбивали лишь вчера, после угрозы расправы прислужницы драили башню истово! Во-вторых, сейчас на голове риара лишь короткий темный ежик… Да и не было у него никогда таких длинных прядей — с человеческий рост. Честно говоря, я не видела в Дьярвеншиле никого с волосами такой длины. Вот только…

Сердце дернулось, а перед глазами встало видение: снежная круговерть, в центре которой стоит йотун-шагун. Ветер облизывает ее голые колени, треплет шкуру и гладит стелющиеся по воздуху волосы — черные, бесконечно длинные…

Я зябко повела плечами, вздрогнула, вываливаясь из морока. Потому что почудилось, что страшная шагун стоит совсем рядом — за плечом. Смотрит оценивающе, дышит в затылок… Я вскочила, обернулась.

— Не надо бояться паранойи, надо опасаться тех, кто за тобой следит, — пробормотала я, успокаивая себя. В комнате было пусто. Конечно, пусто! Где бы тут спряталась горная ведьма? В сундуке? Под лавкой?

И все же откуда взялся волос и остальные подношения?

И… что мне теперь делать?

Задумчиво завернула дары в платок, сунула под кровать. И, решив пробиться наружу, чего бы мне это ни стоило, подскочила к двери и… получила створкой по лбу!

— Ой, лирин! Ты зачем под дверью стоишь? — с упреком воскликнула Анни, появляясь на пороге. — Я же тебя и зашибить могла!

Я крякнула, потирая лоб, на котором, наверное, образовалась шишка. И перевела взгляд на поднос в руках девочки.

— Риар велел накормить тебя, лирин! Сказал, что ты упала в море и замерзла, так что ешь и пей! Здесь томленное в сливках и корешках мясо, а тут — медовый настой и бодрянка, она живо согреет!

Да меня уже согрели, чуть не ляпнула я и прикусила язык. А потом с вожделением втянула носом ароматный пар.

— Анни, пока меня не было, в комнату кто-нибудь заходил?

— Нет, лирин! — уверила девочка и напомнила: — Бодрянку не забудь! Она, конечно, мерзкая до ужаса, я как-то глотнула, так чуть не померла, зато с ней ты не заболеешь!

Я сцепила ладони, следя за тарахтящей прислужницей, расставляющей тарелки на столе."

"— Садись, лирин! И как ты в море-то свалилась? Ох, сразу видно, что ты не из Дьярвеншила! Все не так делаешь. И Краст-хёгг прав, тоненькая ты, можешь заболеть! Мы-то к холодам привычные, а ты чужачка, к нашей воде и ветрам не приучена. Заболеешь! Ешь и пей!

Я прищурилась, представляя, как стукну Краста этим подносом по голове. Потом втянула запахи еды, подумала и уселась за стол.