Драконье серебро

— Дьярвеншил, прекрасный и сильный, — это наш дом! — выкрикнул Хальдор, и одобрительных криков стало больше. — Это мой дом! Здесь рождались и умирали наши предки, здесь проживут жизнь наши дети! И я позабочусь, чтобы и они гордились Дьярвеншилом! Я подарю нашему дому процветание!

— Да, Хальдор-хёгг!

У меня поплыло перед глазами. Хотя многие в толпе хмурились, но молчали. Зато сторонники Манавра уже вовсю орали, прославляя нового риара.

— Краст-хёгг так много сделал для города, — задумчивый голос Алвины взлетел над толпой, и на женщину обернулись. — Было время, когда я осуждала молодого сына Ингольфа, верила слухам. Но я ошибалась и имею смелость это признать. Краст-хёгг был истинным риаром…

За спиной кухарки возникли мрачные ильхи, Манавр усмехнулся. С постамента я увидела сталь, приставленную к женской спине. И Алвина замолчала, побледнела.

Хальдор качнул головой и продолжил, словно и не заметил выступления смелой кухарки.

— Время потомков Ингольфа закончилось, — крикнул он. — Порченые дети прежнего риара недостойны быть частью Дьярвеншила.

— Но как же йотун-шагун?..

— Дьярвеншилу не нужна хранительница!

— Не нужна? Но как же?.. Ветер крепчает…

Толпа всколыхнулась, волнуясь.

— Дьярвеншилу не нужна йотун-шагун! — Хальдор обвел взглядом притихших людей. — Есть другой способ успокоить ай-ро! Всегда был!

— Жертва… — пронеслось над площадью, и я похолодела. Что происходит?

— Наши предки знали, как успокоить губительный ветер и отвадить йотунов. Наши предки отдавали ему жертву. Юную деву, которая еще не познала мужчину и по малолетству не слышит зова. Отдавали в услужение, навечно. Так появились первые шагун. Но обычай забыт, мы перестали чтить ай-ро, и он злится!

— Злится, злится… — пронеслось, нарастая, тревожное эхо.

И я вскрикнула, когда на помост вытолкнули бледную до синевы Анни. Прислужница шмыгала носом и вжимала голову в плечи, озираясь. В ее глазах дрожал ужас. Тонкое белое платье развевалось на ветру, как и распущенные волосы.

— Мы отдадим ай-ро жертву! — выкрикнул Хальдор. Небо над Дьярвеншилом потемнело. Люди испуганно переглядывались, шептались, но, натыкаясь на суровые лица воинов Манавра, отшатывались и замолкали.

В вышине разверзлась трещиной молнии тяжелая туча, прогремел гром.

Анни тоненько вскрикнула, обернулась беспомощно.

— Лирин, мне страшно, — шепнула она."

"Я дернулась к девочке, но подойти к ней не дали.

— Солвейг, сделай что-нибудь! — взмолилась я.

Шагун повернула ко мне голову и усмехнулась. Темные волосы разметал ветер.

— Я ваш риар! — перекрикивая грозу, крикнул Хальдор. — Я поклялся защищать вас! И сделаю это!

— Ты никогда не мог защитить Дьярвеншил, Хальдор.

Негромкий голос заставил людей отхлынуть. Вскрикнуть.