Драконье серебро

— И не было никаких разорванных дев, ведь так? — я скрестила на груди руки. — Ты врал мне с самого начала! Специально, чтобы испугать! Но зачем? Я тебе верила!

Ильх хмуро глянул через плечо.

— А это уже другая история, дева. Все из-за твоей Конфедерации. Жаль, что ничего не вышло.

— Что? — у меня закружилась голова. — Объясни!"

"— Все просто, дева, — ильх повернулся, и теперь его мощную фигуру окутывала дымка света из окна. — Не всем нравится ваша программа переселения. Не всем у вас и у нас. У Конфедерации есть свои доводы, но меня они волновали мало. Я не желал видеть на фьордах чужаков. Ты слышала о мертвом городе Сайленхарде? — Лерт дождался моего кивка и продолжил, уже жестче: — Значит, должна понимать. Люди из Конфедерации могут изменить фьорды. Погубить их. Сломать то, что мы строили веками. Они не нужны нам. Такие, как я, хотим, чтобы Туман снова стал прочным. Чтобы наши миры не пересекались и не общались. Нам не нужна Конфедерация, дева. К сожалению, так думают не все. Но если совет Конфедерации увидит опасность для переселенок… — глаза Лерта хищно сверкнули, — Туман снова разделит нас. И это к лучшему.

— А как же мешок, который я нашла возле Дьярвеншила? Ты подбросил его? Я должна была узнать в Красте безумного зверя фьордов, ведь так? И сказать об этом совету! Или… — понимание заставило сжать кулаки. — Я должна была погибнуть?

— Да, — легко согласился Лерт. — Я вижу в твоих глазах осуждение. Но я сражался за свой дом, дева. Как и Хальдор сражался за свой.

— Переселенки всего лишь женщины, они не опасны! — выкрикнула я.

— Женщины способны на многое, — слабо улыбнулся Лерт. — Вы несете с собой знания своего мира. И вас выбирают мужчины, готовые измениться. Тоже ради вас… Изменения произойдут, если их не прекратить. Я помню старика Ингольфа и его рассказы о вреде цивилизации. Конфедерация погубит фьорды, если ее не остановить!

Я сжала виски ладонями. В словах Лерта была логика. Даже я уже думала об изменениях в Дьярвеншиле. О школе для детей. О дорогах и водопроводе. О лавочках, в которых можно продавать добро. О торговле бодрянкой. Да о многом!

— Не все изменения во зло, — пробормотала я. — Фьорды могут взять лучшее и отказаться от того, что им не подходит! Изоляция ничего не решит, насколько я знаю, вам нужна свежая кровь, поэтому сюда и приезжают невесты!

— Есть дикие фьорды, где не водятся хёгги. Есть дальние берега и свободные острова. Мы можем решить наши проблемы и без Конфедерации! — отрезал Лерт, и я поняла, что спорить с ним бесполезно.

Лицо морского хёгга стало холодным и замкнутым. И это так удивило меня в улыбчивом капитане, что я опешила.

— Ты просто не понимаешь. Но я и не прошу понять. Это не твои заботы, дева.

— А какие мои? — Вот мы и подобрались к главному.

— Твои — жить.