ДРАКОНиЯ тайна

И Дракону это не понравилось. Внутри нарастало беспокойство. Нос – или какой-то иной орган, который не присущ людям, – улавливал… нечто гадкое, тёмное и опасное. И эпицентром этой пакости являлась Выскочка. Может, не столько она, сколько нечто рядом с нею.

– Кто-то уделяет слишком много внимания чужим органам размножения, а сама по ночам непонятно чем занимается, – заговорил я.

Но Бьянка не отреагировала. И вдруг я заметил, что спит она в какой-то неудобной позе. Неправильной. Подошёл и похлопал её по плечу. Не помогло. Подёргал – тот же эффект. Теперь запах-не-запах просто бил в нос (или какой там орган у дракона отвечает за распознавание неприятностей?), одновременно вызывая дремоту и желание улететь подальше, покуда не уснул навсегда.

Последняя – нечаянная – мысль заставила взглянуть на ситуацию под другим углом. Я заметил бледность кожи, зеленоватый, землистый цвет губ, покрасневшие веки, проступившие на висках сеточки вен. Война не всегда бывает честной. Даже наоборот, чаще всего – это подлость, грязь и предательство. Поэтому мы проходили признаки применения смертельных заклинаний. И теперь мне посчастливилось повстречать одно из них воочию. И даже его распознать благодаря пресловутому Внутреннему Дракону. Выходит, он не только вредная скотина, но и полезная."

"Заклинание «Последнего сна» было поверхностным, даже примитивным, и легко разрушалось бодрствующим сознанием. Но проблема была в том, что когда оно работало, сознание спало, и заклинание шаг за шагом отключало чувствительность, пока жертва полностью не теряла способность реагировать на внешние воздействия. Я встряхнул девушку. Её голова бессильно дёрнулась, и я испугался. Вдруг уже слишком поздно?! Я размахнулся и ударил Бьянку по лицу.

Её глаза открылись.

Мы с Драконом наконец выдохнули. А когда она умчалась прочь, ещё и сели. Потому что было страшно, и ноги не особо держали. Теперь, когда опасность миновала, я осознал, насколько был напряжён.

Какой скандал бы разгорелся, если бы я оказался втянут в дело об убийстве студентки! Тем более студентки, с которой у нас был конфликт – с точки зрения стороннего наблюдателя. И библиотекаря в отделе, как назло, не было. Зато в других залах были студенты, которые видели, что я сюда шёл. Я пролетел в миллиметре от катастрофы! Кто мог так меня подставить? Кто так сильно меня ненавидит, что готов убить ни в чём не повинную первокурсницу? Хорошо, что она отказалась вызывать администрацию библиотеки. Конечно, факт спасения девушки мог быть засчитан в мою пользу, но это не точно.

Я так увлёкся переживаниями, что забыл о том, как хотел сунуть нос в бумаги Бьянки. Свои списки она унесла, но я запомнил, куда она поставила ящик, с которым работала.