Дурман
Любовь редко выбирает удобное время. А часто ей и на "удобного" для вас человека — плевать. И теряешь разум от того, кого бы лучше обходить стороной; от того, каких клялась избегать, не желая ввязываться в их мир. Только кого интересуют твои клятвы? И что делать, если даже приняв верное решение и разорвав отношения с "нe тем", не можешь избавиться от своих чувств? Любовь это? Или дурман запретного желания? Сдаться или душить на корню? А если не душатся чувства, имеешь ли право им поддаться? Да и примут ли с ними теперь тебя?
На соседей не смотрела, пыталась смотреть в окно. Только поняла, что не справилась, когда вдруг осознала, что пялится через стеклянные двери в тамбур на Виталия, который все еще говорил по телефону, уперев руку с телефоном локтем в стену, а второй рукой мял не подожженную сигарету, то поднося ее к губам, то выдергивая. Видно сильно припекло, но он помнил о том, что курить в вагоне никак нельзя.
Таня мысленно хмыкнула — никогда не понимала тяги к никотину. Ее брат, помнится, мог по пачке в день выкурить, всю комнату прокуривал, да что там, комнату — вся квартира воняла. Что бесило и ее саму, и мать. Столько нервов им этим попортил. Не любила Таня курильщиков просто ужасно. И потому решила, что лучше бы ей вернуться к своему салату и остаткам сэндвича. А еще и чая полный стакан.
ГЛАВА 3"
"Он не отказался бы от пары затяжек, но и как пацан выскакивать на перрон и назад в вагон за минуту — было тупо. Вертел эту дурацкую сигарету в руках, не зная куда пристроить, и слушал, как Тоха бубнит в трубке. Блин, вот прет человека! Виталий только два часа, как от него уехал, а этот все продолжает фонтанировать новыми идеями. Отдохнул бы, расслабился, что ли.
Понятно, что мероприятие им всем предстоит серьезное, и раз группа Mercedes — спонсор недели моды, то надо блеснуть во всей красе. Но самому Виталию как-то по боку была вся это суматоха. А вот Антон, который перебрался в столицу, в головной офис представительства компании в стране, хочешь не хочешь, а должен был из штанов выпрыгивать. Впрочем, старый приятель от этого ловил кайф и то, что Казака напрягало даже по телефону, Антона только стимулировало. Каждому свое. Батя бы просто послал Антона на х*ен, сказав не дергать такой ерундой, и прислать потом список, чего от их представительства надо. Но Диме сейчас вообще не до того, да и все автогруппы давно на Казаке висели. И это Виталий любил. Машины.
Прикинув, что надо будет связаться с Димой, узнать, что да как? Может, подогнать чего или что-то сделать здесь, что друг сейчас не в состоянии, Виталий широко и невинно улыбнулся пробегающей мимо девушке-стюарду. Его точно планировали отругать.
Хмурый взгляд, направленный на сигарету (все еще не прикуренную), сразу сменился смущенным, и уже довольная девица пошла дальше, одарив его еще одним взглядом через плечо. Ожидаемо. Но Виталий не провел ее глазами. Вместо этого повернулся к стеклянной двери тамбура и посмотрел на Татьяну.
Тоха продолжал бубнить, чем-то восторгаясь. Может и самому послать приятеля? Но они сейчас с Димой в таком положении были, что друзьями не разбрасываются. Любыми друзьями, потому что никогда не знаешь, чья помощь пригодится в следующий момент, а когда ты в опале, надавить нельзя. Только на добрую волю да выгоду других приходится рассчитывать.

















