Дурман

Спасибо, что обратили наше внимание.

Что ж, умение признавать свои ошибки — полезное качество. И его ценила и Таня, и хозяева клиники. Она кивнула и уже собралась похвалить подчиненных, когда в дверь коротко постучали, и почти тут же в проеме появилась голова администратора.

— Татьяна Николаевна, вы нужны. Вас ожидают, — протянула необычным тоном Маша, подавая ей какие-то “знаки” бровями.

— Вадим Артемович подойдет, я подключусь, если случай будет сложным, — как бы намекая, что ее смена уже закончилась, Таня махнула Вадиму, а сама вновь повернулась к ординаторам.

Вадим уже даже поднялся, не споря. Но Маша покачала головой:

— Нет, Татьяна Николаевна, это не пациент, это по личному вопросу.

И администратор вновь как-то странно посмотрела на нее. И снова задвигала бровями. Таня нахмурилась, не совсем поняв, кто мог прийти и что именно заставляет Машу так на нее смотреть. Но смирилась с тем, что придется разбираться.

— Хорошо, я рада, что вы задумались, — кивнула она ординаторам.

И, покачав головой Вадиму, который подавал знаки, что хочет с ней поговорить, пошла в приемную, разбираться, что там за личные дела к ней пришли?

И, откровенно говоря, меньше всего она ожидала увидеть у стойки администратора Виталия, улыбающегося своей обычной(другой она у него не видела, во всяком случае), нахально-открытой улыбкой. Таня даже с шага сбилась. Замерла, уставившись на него с искренним непониманием, растеряв где-то мысли и ощущая отчего-то радость.

Однако, до того как она бы успела уточнить, что он здесь делает и как, вообще, узнал, где она работает, Виталий развернулся к ней полностью и протянул левую руку.

Жар и бешеное тарахтение сердце, о котором Таня лишь недавно думала, тут же напомнили о себе.

Она зависла, потерялась в его глазах. Таких открытых и напористых в то же время.

— Решил, что ты от чая не откажешься, — заявил он, не ожидая ее слов. — Облепиховый. Я так понял, ты его любишь.

Теперь Таня уставилась на термостаканчик, который Виталий и держал в протянутой руке. Точно такой, как вчера в экспрессе. Она даже не представляла, как ему это удавалось — но Таня рассмеялась. Совершенно не хотела потакать его наглости, но просто не смогла удержаться: эта чуть наглая усмешка, лукавый взгляд со смешинками и облепиховый чай…

Кажется, она знала, что было причиной такого странного вида их администратора. При всем желании, не оставалось никакого шанса устоять перед таким обаянием.

А у Тани снова ни грамма косметики на лице. И волосы стянуты в пучок на затылке, чтобы не мешали. И костюм помятый и грязный после смены…

Она оборвала заметавшиеся в голове мысли, напомнив себе, что ей не с чего нервничать о своем внешнем виде. Совершенно причин нет. Но не смогла устоять. Подошла и взяла стаканчик. Он был еще горячим.