Дважды коронован

Что ж, пусть не обижается, если рука будет откусана по локоть. – С большого казино всего десять штук на общак? А не мало?

– Ну, я же не заправляю этим казино, – замялся Гена. – Пацаны все решают.

– А кому пацаны твои отстегивают? Тархану? А где Тархан?

Тархана «приняли» менты, с наркотой его повязали. Тот же случай и с Ростомом. Оба сидят, обоим срок светит. Им сейчас не до «Витязя». Вернее, возможностей нет стричь шерсть с этой овечьей шкуры, под которой прячутся волки.

– И Придони нет. Весь клан разогнали. Кому на общак отстегиваете?

– Я не знаю, – совсем стушевался Витязь. Понял мужик, что попал впросак. – Я давно уже не при делах...

– Зато я при делах. И в общак всегда исправно платил. Теперь я сам в законе. И вправе наехать на ваше казино, спросить, почему в общак не отстегиваете. Все права у меня для этого есть. И люди на воле тоже есть. И общак есть, в который твои пацаны должны отстегивать. Я его держу, и я считаю, что вы должны отстегивать. Потому что ты здесь чалишься, а не где-то там. Постанова ясна?

– Э-э, я же сказал, что десять штук отстегнем... Ну, для начала...

– Это подачка, Витязь, причем, жалкая. Пятьдесят штук будете отстегивать. И каждый месяц... Я могу реально пробить твое казино. Узнаю, какие навары вы с рулетки снимаете, сколько стоит десять процентов от прибыли. Вдруг двести штук наберется? Или триста?

– Но это не мое казино. Пацаны там рулят, – беспомощно повторил Гена.

– Казино назвали «Витязь» в твою честь. Вот я назвался вором, и я должен масть держать. А казино назвали «Витязем», значит, ты там центровой. И отмазы не катят, Гена. Пятьдесят штук в месяц, или я запрягаю своих пацанов. И поверь, ситуация будет очень серьезная, потому что мои пацаны волю законного вора исполнят. А они у меня серьезные... Ну, так что?

– Мне со своими связаться надо...

– Не вопрос. – Спартак достал из кармана мобильный телефон, протянул Гене.

– Э-э, я не могу так, по телефону. Мне бы лично встретиться...

– Тоже не вопрос. Пусть подъезжают. Есть комната для свиданий, разрешение получишь. Я этот вопрос решу, а ты свой решай, – кивнул Спартак.

Никуда Гена от него не денется. И он сам это уже понял. Поэтому и взял дрожащей рукой трубку.

* * *"

"Горячая блондинка сначала изображала страсть, завывала, как порнозвезда перед камерами, но сейчас на ее лице страх, и стонет она больше от боли, чем от удовольствия. Гена разошелся не на шутку, но всему есть предел...

– Ужас какой-то... – выползая из-под него, пробормотала блондинка. – У вас тут все такие?

– Хочешь, всех через тебя пропущу? Тогда узнаешь.

– Не надо.

Она спрыгнула с койки, оделась. А он продолжал лежать, пуская в потолок кольца дыма.

Глупо все получилось. Он хотел подмазаться к Спартаку, чтобы получить его благоволение.