Двойное счастье генерала Сокола

"

"Она страстно, но как-то очень неумело отвечала на ласки моего языка.

И это меня отчего радовало.

Так же как и сам поцелуй - нежный, сладко-тягучий, как мед.

Пока мои губы и язык танцевали её, она гладила и щупала меня, словно слепая. А еще…

В коротких перерывах жарко шептала:

- Пожалуйста. Еще. Пожалуйста. Не отпускай меня…

И уже сама посасывала, облизывала и прикусывала мои губы.

А как она только прервалась, я тут же снова брал инициативу в свои губы, сминая ее шелековистые, мягкие, податливые.

Сам в это время думал о других губах, которых мне ужасно хотелось коснуться, чтобы раздвинуть их и пройтись языком по нежной плоти.

Оторвавшись от её губ, я начал свой путь, спускаясь ниже и ниже к заветной цели.

Добравшись до жемчужин грудей, не без удовольствия ласкал возбужденные розовые горошины.

Малышка металась подо мной, кричала то прижимаясь еще сильнее, то пытаясь отстраниться.

Я даже подумал, что девушка испугалась, потому что девственница.

Мысль о её чистоте и непорочности меня несколько озадачила. Но…

Её слова: “Хочу тебя! Очень сильно хочу! Возьми меня” - развеяли все мои сомнения.

И все же мне захотелось снять её волнение и я прошептал:

- Ш-ш-ш. Все в порядке, не волнуйся, просто расслабься и прислушайся к своему телу.

И прололжил медленно двигаться вниз…

Потом целовал, ласкал, посасывал лепестки бутона её нежной розочки. А после…

Когда она качнула бедрами навстречу, одним движением нырнул в тугую плоть…

Глава 14

Светлана

Шесть лет спустя после метели

Семь дней из последних десяти живу, как на вулкане.

Вика и Сокол словно сговорились.

Оба выцарапывали мой мозг палочками для суши и наматывали мои нервы на них же.

Генерал каждый день приезжал в госпиталь во время моих приемов. Находил возможность зайти в кабинет, чтобы передать для Вики очередной дорогущий подарок. И все эти его визиты заканчивались моральным давлением на меня.

Во время всех его попыток продавливания я упорно держала оборону.

Уперто повторяя одно: “Виктория не ваша дочь. Обсуждать нечего!”

На все мои слова он тоже гнул свою линию: “Докажу, что Вика моя дочь, и ты, девочка, заговоришь иначе!”

Последние три дня наступило странное и пугающее затишье.

Все это время Андрей Иванович не появлялся в моем кабинете.

А Вика словно по волшебству успокоилась и перестала меня дергать и истерить по поводу дяди Сокола.

С одной стороны я с облегченно выдохнула.

С другой - напряглась, ожидая нового подвоха от генерала. И это случилось...

Только оттуда откуда я и не ожидала.

Сегодня утром, когда я привезла Вику в детский сад, оказалось, что нашу группу по причине скарлатины экстренно закрыли на карантин на целых семь дней.

Дочь этому факту обрадовалась, а я нет. Во-первых, мне нужно думать, как быть с ней почти неделю.