Его секретарша

Сдавленно вскрикнув, я едва успела отскочить в сторону.

Со стороны ресторана к нам спешила охрана, за ней Алексеев и Люся с Мирославой. Все кричали, размахивали руками, а я стояла, прикрыв рот рукой, и с ужасом наблюдала, как трещат перила, удерживающие деревянный мостик, и как мой босс с силой сталкивает в зеленую жижу с камышами мецената в светлом пиджаке.

Абрамов орал диким матом, пытался выбраться из воды, цеплялся за край хлипкого моста, и охранники бросились ему на помощь.

Презрительно хмыкнув, Облонский осторожно вытер рукой кровь с разбитых губ.

— Я заплачу за ремонт моста, — пообещал он подошедшему управляющему. — Давайте пройдем в ваш кабинет и все уладим.

— Что вы не поделили, Вова? — всплеснула руками Люся.

— Он оскорбил Машу. Пусть поплавает в этом гадком лягушатнике. Как только уладим вопрос с ущербом, мы с Машей поедем домой. Было приятно пообщаться.

— Вова… ну, блин… — с досадой фыркнул Алексеев.

— У вас сыпь, — тихо проговорила я.

— Что?

— Сыпь на шее. Вы тоже заразились ветрянкой.

— Дима, еб твою мать! — всплеснула руками Люся. — Ты же говорил мне, что болел ветрянкой!

— Я и болел… это, скорее всего, аллергия…

— На что?! На водку?!

— Нет! На твою маму, Люся!

— Ты еще поплатишься, Облонский, — прорычал проходящий мимо насквозь промокший Абрамов. — Запомни, я не прощаю унижений.

— Иди уже, — сверкнул в его сторону испепеляющим взглядом мой босс. Крепко взял меня за руку, и мы зашагали следом за управляющим гостиничным комплексом.

Нас продержали в кабинете не долго. Облонский оставил свои координаты, подписал акт о порче имущества, и мы вызвали такси.

— У тебя кровь на губах, — тихо сказала я, как только мы сели в машину. Достала из сумочки салфетки и принялась осторожно вытирать.

Он улыбнулся. Сжал мою руку и заглянул в мои глаза.

— Выйдешь за меня?

Я на миг смутилась, а потом заулыбалась.

— Да.

Он привлек меня к себе.

— По идее, здесь я должен тебя поцеловать, но прости. Мои губы сейчас совсем не то, что нужно для поцелуя.

Я с нежностью взглянула на него и положила голову ему на грудь.

— Зато ты повел себя, как настоящий герой. И, кажется, я в тебя влюбилась. Окончательно и бесповоротно.

— Это же прекрасно, — тихо рассмеялся Облонский и погладил меня по волосам.

Глава 47. Маша

Раннее утро десятого мая. Я тороплюсь на работу. Сегодня мне не хочется надевать офисную блузку и юбку. Я достаю из шкафа платье. Маленькое черное платье, которое есть в гардеробе у каждой девушки.

— Могу быстро уложить тебе волосы, — заглядывает в комнату из кухни Жаннетта. — На курсах вчера учили делать новую укладку. Для офиса пойдет.

Я поворачиваюсь и улыбаюсь.

— Я согласна.

Я вообще чувствую себя бессовестно счастливой.