Его строптивое Солнце

- Девочки, я ухожу, - грустно улыбаясь, Злата первым сказала соседкам по гримерке. - Иван хочет ребенка, а мне уже двадцать пять, давно пора.

- Как уходишь? - девушки обступили ее со всех сторон. - И юбилей у тебя только через полгода.

- Ты сказала, что детей хочет твой муж, - удивилась Мария. - А ты? Ты хочешь?

- Я люблю мужа, - Злата потупила взгляд. - Дети для женщины главное, а не танцы."

"Присутствующие так и застыли с открытыми ртами. Хрупкая, нежная и красивая балерина превратилась в нечто зашуганное и тусклое. На все уговоры подумать, твердила, что любит мужа и будет заниматься семьей. А Иван сходил с ума у служебного входа в театр: репетиция должна была уже закончиться, да летом что там переодеваться? Он любил Злату - вот как увидел, так и пропал. Такой красавицы никогда не видел, и имя ей удивительно шло - волосы золотистые, как спелая пшеница. Одной улыбкой с ума свести может, губы как вишни спелые. Лучащиеся голубые глаза, бездонные, чистые. Голос нежный, бархатный. Вся такая тоненькая, что его сердце сначала ухнуло в пятки и потом подскочило к горлу - ""Моя будет!"". Иван стал буквально одержим балериной - ходил на все спектакли, дарил шикарные букеты, разогнал всех поклонников, а некоторых и силой, но все же добился своего. Наивная девушка влюбилась и потом согласилась стать его женой. Молодой мужчина обладал твердым характером и харизмой, строил потихоньку свой бизнес, порой не совсем честно, но какая разница? Он бы и не женился в свои двадцать семь, но видеть Злату с кем-то еще было выше его сил. А так и без нее у крепкого шатена с взрывным характером проблем с бабами не было. Только женитьба не умерила одержимость - казалось, что другие пялятся и мечтаю забрать сокровище себе. Вечно возле нее крутятся хлыщи гееватого вида и старые хрычи, суют букеты, целуют ручки, а она им улыбается! Его жена не должна вести себя как шлюха! Ничего, он воспитает ее как нужно! Будет примерной женой - сидеть дома и выходить на гульки только с ним. Ему было до кровавой пелены перед глазами, до неконтролируемой злости противно видеть её рядом с кем-то из мужчин. Да и подруги со временем стали бесить не меньше. Злата его! Он научит ее, всему научит!

И ребенка нужно заделать, чтобы дома сидела. Мать была с ним согласна - не дело это, прыгать по сцене, от таких нагрузок и родить не может. А чтобы не выдумывала про развод, влепил пощечину - пусть знает, кто в доме хозяин. Ему было мучительно приятно обрывать все ниточки, связывающие Злату с прежней жизнью. Вдруг решит уйти? Нет, потом он просил прощения, не зверь же, да и когда ведет себя хорошо, почему бы не приласкать? Ведет себя послушно, ужины готовит. Одно страшно бесило - никак не бросит чертов театр! Сколько можно туда таскаться? Ничего, скоро окончательно засядет дома.