Эгоист

Вся его жизни, она про успех, деньги, красоту, спорт… А я вон джинсовые шорты покупаю по акции «2=3».

На экране снова Майк. Он дает интервью. Его речь сухая и официальная. И кто ему ее заготавливал?

– Ну а если он влюбился в тебя? – Марта разворачивается полубоком, я демонстративно этого не делаю.

Устала размышлять. «Что», «если», «а вдруг».

Черт, это жизнь! Я удивлена, что наши с Майком Марино дважды смогли пересечься. До сих пор не могу понять, что же произошло с нами первый раз, потом во второй.

Как куклы, которых сталкивают случайно, а потом по разным коробкам распихивают, снова кидают вместе, чтобы поиграть, и вновь по разным коробкам.

У Майка, понятное дело, самая красивая, прочная, такие не выкидывают. Моя – старая, использованная, разваливающаяся на части.

– … Нет! Я так не думаю, – прыскаю. Получается не то смешок, не то нервный выдох.

И только самой себе могу сознаться, что мне бы этого очень хотелось. Ну, чтобы Майк полюбил. И обязательно нашел. Может быть тогда я поверю и в чудеса, и в сказки.

– Он же не знает, где ты?

Наши голоса становятся тише. Когда такое происходит, мне хочется плакать.

Веду одним плечом, опуская уголки губ, затем закусываю один, потому что губы подрагивают. Мыслями я в отеле, когда прошептала последнюю просьбу: «Не ищи меня».

– Не знаю. Нет, наверное. В любом случае, я не прячусь.

– То есть если он позвонит, спросит, где ты, ответишь? Будешь ждать?

Выключаю телевизор. Адреналин, бушующий в крови, сбрасывает обороты. По-прежнему задыхаюсь от волнения, но сердечный ритм начинает выравниваться. Правда, он по-прежнему остается высоким для обычного, здорового человека.

– Майк не позвонит!

– Уверена?

– Да! – выкрикиваю и утыкаюсь лицом в ладони, – у меня другой номер.

Я сменила его.

– Позволь узнать, зачем?

Есть непроходящее ощущение, что Марта считает сейчас меня маленьким капризным ребенком, с которым надо разговаривать вот так, как она, – медленно, тихо – и смотреть, раскрыв глаза.

– Я не хотела сидеть у окна и ждать его звонка, – шмыгнув носом, набираюсь храбрости и смотрю на Марту.

Да, мне плохо. Мне больно за то, что нет у нас Майком Марино никакого будущего, но я не хотела давать себе надежду.

Надежда – самое худшее, что может остаться в сердце, когда ты уходишь от любимого человека.

– Из вас вышла бы идеальная пара. Татьяна Марино…

– Прекрати, – качаю головой.

Ее слова ранят, но все же посмеиваюсь. Татьяна Марино и правда звучит интересно. Думала ли я об этом? Конечно, какие вопросы? *

Марта уходит к себе в комнату, я остаюсь сидеть одиноко на своем диване. Гонка закончилась, теперь там что-то про футбол, и я смело выключаю. Меня никогда не интересовали футболисты.

Уставилась на черный экран, а мыслями уношусь в прошлое.