Экзамен для ректора

И это означало, что минимум две недели наша няня к нам не вернется. Расстроил ли меня этот факт? Не то слово. Я был просто в бешенстве, так как мне нужно было ехать на срочное собрание, но пришлось все отменить, так как пятилетнего сына я не мог оставить дома одного.

Даня очень плохо сходится с людьми. Особенно с чужими, которые только появляются в нашем доме. Мой сын сразу же воспринимает их как врагов, а если это еще и женщины, вообще беда… Сколько нянь у нас было до Инессы, просто не пересчитать. Что он им только не устраивал. Подбрасывал свою ящерицу, разукрашивал лицо водостойкими маркерами. Одной вообще порезал ножницами блузку, которая, кстати, и на блузку то не была похожа. Но я должен был отдать должное сыну, та девица и меня бесила.

Даня очень ревностно реагировал на нянь, которые испытывали ко мне симпатию. Именно по этой причине я не приводил в дом женщин. Сын реагировал на них не адекватно. Только Инесса задержалась в нашем доме, и то, потому что она в принципе не интересовалась мужчинами и само собой не проявляла ко мне никакого интереса. Так что уже пять лет я был не слишком озабочен личной жизнью, поскольку вся моя жизнь — это мой сын."

"Домработница тоже, как назло, вчера попросила три выходных, для того чтобы съездить в деревню к родственникам и сейчас дергать ее обратно было бы просто свинством. Ну вот, собственно говоря, из-за всех вышеперечисленных причин, я и позвонил в агентство. А результат всего этого — двадцатилетнее чудо, которое сейчас с обиженной мордашкой прячет весь стыд срам под рубашкой.

— Отлично, где двери вы помните, — девушка поджимает губки и плетется на выход.

Выхода не оставалось, придется взять Даню с собой на работу. Я и так уже пропустил половину рабочего дня. Пускай кошмарит секретаршу, хоть с чем-то же она должна уметь справляться? Тем более, что без своей злосчастной ящерицы он отказывается выходить из дома, у Марьи Ивановны будет очень веселый день.

Глава 24

Прямо на парковке возле института из машины выходит Егор, я стояла и думала, как мне поступить, подлететь к ему прямо сейчас и влепить пощечину? Ммм, как заманчиво, но, во-первых, я его продинамила вчера, он меня сегодня один-один, а во-вторых… Я не поверила собственным глазам. Со стороны пассажирского сидения стоял мальчик, малыш… Ему было не больше пяти лет.

Я тут же растянула губы в милой улыбке. Какой же он милаха. Маленькие кучеряшки, такие непослушные падают ему на лоб, малыш их нервно поправляет рукой. Смешно морщит носик, и опять убирает волосы с лица.

В руках у него огромная банка, скорее всего в ней его питомец. Как же сильно он ее сжимает. Прижимает к сердцу… Сразу понятно, что кто бы ни был в той банке, он очень важен для мальчика.