Элоиза, королева магов

- Леди Маргарет, - поморщилась, - давайте оставим матримониальные вопросы на потом. Мне сейчас вовсе не до дел сердечных.

- Как скажете, Ваше Высочество, - потупившись, ответила Маргарет и вышла, а я грустно вздохнула. Каждый из моих приближённых стремился намекнуть, всячески поспособствовать нашему с Батуем сближению. И, если сам степняк был совсем не против, то я стояла на своём - нет."

"Мне нравился тумэнбаши, не раз уже доказавший свою преданность лично мне. Но позволить чувствам возобладать над разумом я себе не могла - игра ещё не выиграна, союз принцессы с Батуем, пусть и титулованным по меркам орды, в высшем свете Англосаксии будет воспринят резко отрицательно, более того этому браку будут противиться все, наделённые хоть какой-нибудь властью; для снобов королевства Батуй Чёрный в первую очередь степной дикарь и переубедить их в обратном будет невозможно.

Если трон будет моим, то в будущем, переломив и подавив самых ярых противников, я бы могла выйти замуж за того, кто мне по сердцу, но это столько грязи и стресса, что мне даже думать об этом не хочется. По крайней мере пока.

Тут дожить бы до следующего года.

Долго предаваться печали мне не дали, в кабинет вошёл Йен и Батуй. Вот и замечательно!

Оба, как положено по этикету, поклонились и замерли, ожидая дальнейших распоряжений.

- Йен, - вперила в него немигающий взгляд, - Его Величество мне должен был дать ответ...

- Да, Ваше Высочество, - с поклоном Йен ыложил на стол запечатанный конверт, копия из моего прошлого мира.

Бумага, производимая на землях Уолсолла и в некоторых регионах Англосаксии под протекцией короля, принесла нам всем невероятное богатство! На ней одной я и мои подданные могли не работать лет пять, а потом секрет производства стал бы известен, ведь шило в мешке не утаишь, посему позволить почивать на лаврах я себе никак не могла.

И продолжала толкать колесо прогресса без продыху, успевая лишь отереть пот со лба.

Сама бумага за три года стала различаться качеством, ценой и даже толщиной. Спрос превысил предложение и, если бы не моя предусмотрительность, когда я решила всё же поделиться технологией производства с отцом, то мы бы просто не выплыли, либо же выполняли только срочные заказы для первых лиц различных государств.

И Византия была самым прожорливым из всех. Куда им столько? Но, меня это не касается, главное платят честь по чести и ладно.

Я взяла письмо в руки, взломала печать, вчиталась в размашистый, чуть угловатый почерк отца.

Дочитав послание, прикусила кончик карандаша и посмотрела в окно, перистые белоснежные облака весело бежали по весеннему голубому небу, а из головы не шёл воздушный шар, и никак не укладывались слова письма в общую единую фразу.