Элоиза, королева магов
Борьба за трон? Это точно не ко мне.Я простая девушка, по образованию инженер, из семьи учителей. Вся моя жизнь предсказуема и для кого-то неинтересна. Но меня она полностью устраивала. И если бы мне дали выбор, я бы осталась со своим не очень красивым, но добрым женихом, в старой двушке, и на не очень перспективной работе.Но меня не спросили - отправили в другой мир, в семью, где ценность имеют лишь деньги и положение в обществе.Мне предстоит побороться и отстоять своё право быть счастливой.ДВУХТОМНИК. ВТОРОЙ ТОМ.
- Будь осторожна, Лои, - напоследок предупредил меня он, - враги не спят, более того они всегда рядом. Это хорошо, что у тебя уже два менталиста, сканируй всех подозрительных людей. Ты всегда должна быть на шаг впереди... Переписку с принцем Михаилом веди, возможно, сие окажется весьма полезным для Англосаксии.
Я молча кивнула и обняла Вильгельма, всё же по крови он мне самый близкий человек, для короля оказавшийся неожиданно добрым и понимающим.
Как только корабль удалился достаточно, я поспешила в кузнечный цех, меня ждали испытания с водными магами. А ещё посетила мысль испытать в качестве ядер драгоценные камни.
- Ваше Высочество, там подмастерье Йена Роббинсона говорит, что его учитель погибает!
Воздушный артефакт
Молниевый артефакт
Молниевый артефакт
Глава 29
Интерлюдия
Йен с нетерпением ждал, когда, наконец, Его Величество отчалит... и он сможет решить проблему, что надвигалась на него с беспощадностью и скоростью зимней бури.
Ему срочно требовалось найти помещение подальше от людских глаз, а также куда-нибудь на время сплавить навязанного ученика, но тот никак не хотел отлипать от учителя и смотрел на него огромными телячьими глазами и чуть ли не заглядывал Йену в рот. Глухое раздражение разливалось в душе менталиста, приближающийся откат от его магии, итак, не добавлял ему настроения, а ещё и этот сопляк.
- Ты бы шёл к родителям, - как-то рыкнул на него Роббинсон, - мне не до тебя будет несколько дней."
"- А у меня нет родных, - грустно ответил ему Арно, - я жил в приюте в Йорке, и даже неплохо там было, если сравнить с условиями жизни на улице, - затараторил юноша, - всё изменилось, когда мне исполнилось четырнадцать.
Йен слушал мальчика вполуха, он едва сдерживался, чтобы не заорать: виски ломило от боли, лобная часть головы ныла. Все эти ощущения не давали сосредоточиться.
- Помолчи, - прорычал он, прислоняясь лбом к стене какого-то здания. Холод камня принёс ложное чувство облегчения.

















