Факультет бытовой магии

Присоединяться к ней я как-то не спешила.

Не нравился мне тот одуванчик, что выглядывал из горшка. Больно вид невинный.

Хотя, признаюсь, хотелось дунуть на него, как в детстве, чтобы семена разлетелись в разные стороны.

Протиснувшись между ребятами из боевого факультета, встала в сторонке.

— Что, сестрица, цветочки не любишь? — услышала я над собой.

И оборачиваться не нужно было, чтобы понять, кто там.

— Твоё, морковка, какое дело? Ты, как я посмотрю, тоже не в первых рядах ботаников.

— Не-а, я не люблю это дело. У нас в саду росли хрезары. С них напиток варят, отец его очень любит.

Так вот, они меня в детстве постоянно кусали. Так что с ботаникой у меня сразу не заладилось.

— Бронислав, ты уж извини за невежливость, но я не хочу знать ничего ни о тебе, ни о твоём отце, ни о ваших хрезарах.

— Ты всё ещё злишься на меня за то, что сдал тебя отцу и что сразу ругаться прибежал? Ну, был неправ, признаю. Мама мне уже давно рассказала, что у отца была другая женщина, но я не ожидал, что есть ещё и дочь.

— Морковка, я не хочу с тобой разговаривать.

— Даже шанса извиниться не дашь?

— А оно тебе нужно? — я обернулась и взглянула на его лицо.

— Что ещё задумал?

— Да, ничего, - он примирительно развёл руками.

— Вот и славно.

— Валевски, Миленина, не отвлекаемся, — учитель, недобро на нас покосилась. — Что вы там спрятались? Ну-ка к столу."

"Деваться было некуда, мы вместе поплелись к Агате. Та расцвела как роза.

— Смотри, он сейчас семена сбрасывать будет, — зашептала она, тыкая в одуванчик пальцем. Я лишь тяжело вздохнула.

Цветочек выпрямился и отряхнулся так, что во всё стороны полетели маленькие еле заметные семена.

Стоило мне сделать вдох, как в носу страшно защипало.

Я чихнула раз, затем второй.

— Миленина, из кабинета! Как я уже говорила, на Трисипун бывает сильная аллергия.

Дважды мне повторять не пришлось. Я, чихая, поспешила к двери, плохо разбирая дорогу. Зажав нос ладонями, снова разразилась чихом.

Дверь передо мной открыли, и кто-то, подхватив меня под локоток, вывел в коридор.

— Продышись, — узнала я голос Бронислава.

— Да что ты пристал, — мои глаза заслезились ослепляя. — Где выход?

Он осторожно развернул меня в нужную сторону.

— Всё, спасибо! Дальше сама.

— Злата, ну давай хоть выйти помогу.

— Сама справлюсь, ноги на месте.

Утирая потёкший нос, я заторопилась в сторону стеклянной двери, смутно различая её очертания. Почти добралась, когда сверху что-то зазвенело и меня обсыпало мелким стеклом. Встав в ступор, я осмотрелась и подняла голову.

— Злата, беги, — закричал за моей спиной Бронислав, но было поздно. Ко мне выпушенной стрелой неслась жуана, разинув рот.

Сглотнув, я даже испугаться не успела.

Глава 56

Темно и больно. Секундное замешательство сменилось паникой.