Если наступит завтра

А от такой невыносимой клиентки Чилтон избавлялся с особым удовольствием. Пусть ею занимается Хэлстон. Он нажал на кнопку под конторкой, и через секунду из задней комнаты торопливо выбежал бледный худосочный человек. Бросил взгляд на ужасно одетую блондинку и вознес про себя молитву, чтобы никто из его постоянных клиенток не заглянул в магазин, пока она не ушла.

– Мистер Хэлстон, это миссис… э-э-э… – Он повернулся к женщине.

– Бенеке, мой сладкий. Мэри Лу Бенеке. Жена старины Бенеке. Вы наверняка слышали о нем.

– Разумеется. – Исполнительный директор чуть-чуть растянул в улыбке губы.

– Миссис Бенеке интересуется изумрудами, – объяснил продавец.

Грегори Хэлстон сделал жест в сторону планшетов на витрине:

– Вот там у нас очень хорошие изумруды…

– Мадам желает что-нибудь примерно за сто тысяч долларов.

На этот раз на лице исполнительного директора заиграла настоящая улыбка. Прекрасное начало дня.

– Понимаешь, у меня день рождения. И старина Пи-Джей хочет подарить мне что-нибудь неслабенькое.

– Отлично. Извольте пройти со мной.

– Ах ты, баловник! Что это у тебя на уме? – хихикнула блондинка.

Хэлстон и Чилтон обменялись страдальческими взглядами. Чертовы американцы!

Исполнительный директор подвел покупательницу к запертой двери и открыл ее ключом.

– Здесь мы храним товар для наших самых ценных клиентов.

В середине помещения находилась витрина с поражающим изобилием сверкающих всеми оттенками бриллиантов, рубинов и изумрудов.

– Это больше похоже на дело! Старина Пи-Джей здесь бы рехнулся.

– Вам что-нибудь нравится?

– Дайте-ка поглядеть поближе.

Хэлстон извлек из кармана еще один маленький ключ, открыл витрину, достал планшет с изумрудами и поставил на стол перед Трейси.

На бархате лежали десять камней. Трейси схватила самый большой – заколку в платиновой оправе.

– Старина Пи-Джей сказал бы: «Вот этот на меня смотрит».

– У мадам отличный вкус. Этот колумбийский травянисто-зеленый камень в десять карат безупречен.

– Безупречных изумрудов не бывает.

Хэлстон на секунду растерялся.

– Мадам, разумеется, права. Я хотел сказать… – Он впервые заметил, что у женщины такие же изумрудные глаза, как камень, который она вертела в руках и поворачивала в разные стороны, разглядывая грани.

 – Могу предложить вам другие на выбор.

– Не стоит, мой сладкий. Я беру этот.

Продажа заняла не больше трех минут.

– Великолепно, – пробормотал Хэлстон и осторожно добавил: – В долларах это получается около ста тысяч. Как вы собираетесь расплачиваться?

– Не трепыхайся, Рэлстон, старина. У меня в одном из банков Лондона есть счет. Вот возьму и выпишу такой маленький чек, а старина Пи-Джей потом мне все восполнит.

– Отлично. Я прикажу почистить камень и отправлю вам в отель.