Если наступит завтра

У двери в номер Трейси повернулась к нему и сказала:

– Все было чудесно…

И в этот миг почувствовала на своих губах его губы. Обняла и притянула к себе.

– Трейси?..

На языке вертелся ответ «да», и ей понадобилось недюжинное усилие, чтобы ответить совсем иное:

– День был очень длинный. А я большая соня.

– Ах вот как…

– Пожалуй, завтра я посижу в номере, отдохну.

– Отличная мысль. Наверное, я поступлю точно так же, – спокойно ответил Джеф.

Ни один из них не поверил другому.

29На следующее утро в десять часов Трейси стояла в длинной очереди в музей Прадо. После того как отворили вход, охранник в форме открыл турникет, который пропускал внутрь по одному человеку. Трейси купила билет и вместе с другими вошла в ротонду. Дэниел Купер и два детектива следовали за ней. Американец почувствовал, как в нем нарастает волнение. Крепла уверенность, что Трейси Уитни здесь неспроста. Что бы она ни задумала, это и есть начало.

Трейси переходила из зала в зал и не спеша любовалась полотнами Рубенса, Тициана, Тинторетто, Босха и Доменико Теотокопули, прославившегося под именем Эль Греко. Картины Гойи были выставлены внизу, на первом этаже.

Трейси заметила, что охранники в форме стояли при входе в каждый зал и под рукой у всех была красная кнопка тревоги. Она понимала: едва завоет сирена, все входы и выходы будут запечатаны и шансы на побег исчезнут.

Трейси присела на скамейку в зале Муз, где были выставлены фламандские мастера восемнадцатого столетия, и скользнула глазами по полу. В дверной раме были круглые отверстия – видимо, на ночь включали сигнализацию с инфракрасными лучами. В других музеях, которые она посещала, охранники большей частью дремали, не обращая внимания на шумных посетителей. Но здесь служба охраны была настороже. В музеях всего мира фанатики уродовали произведения искусства, и в Прадо понимали, что и здесь не застрахованы от подобных неприятностей.

В десятках залов художники установили мольберты и старательно копировали шедевры мастеров. Однако Трейси заметила, что охранники не спускают глаз и с них.

Покончив с залами, Трейси направилась к лестнице, которая вела на нижний этаж, где располагалась галерея великого Франсиско де Гойи.

– Видите, она ничего не делает, только смотрит, – повернулся детектив Перейра к Куперу. – Она…

– Ошибаетесь, – перебил его американец и чуть не бегом бросился за Трейси по лестнице.

У Трейси сложилось впечатление, что экспозиция Гойи охранялась лучше других, и мастер стоил того. Стена за стеной были увешаны картинами, неподвластными времени, и Трейси переходила от полотна к полотну, покоренная гением художника.