Если наступит завтра

Его не покидало странное чувство, что он чем-то обязан этой женщине.

– Отлично. Оплата: шестьдесят центов в час. Деньги будут переводиться на ваш счет в конце каждого месяца.

Заключенным не полагались наличные. Заработанное накапливалось на счетах и выдавалось по истечении срока наказания.

«К концу месяца меня здесь не будет», – подумала Трейси, но вслух произнесла:

– Прекрасно.

– Можете приступить утром. Ваша надзирательница сообщит вам детали.

– Спасибо, господин начальник.

Брэнниган хотел добавить что-то еще, но не знал что. И быстро закончил разговор:

– Это все.

Когда Трейси сообщила новость Эрнестине, та задумчиво ответила:

– Значит, тебе, как заслуживающей доверие, дадут определенные привилегии. Будешь свободнее передвигаться по тюрьме. Это может облегчить побег.

– Но как мне удастся выйти отсюда? – спросила Уитни.

– Есть три возможности. Но все они рискованные. Первая – просто улизнуть. Ночью забьешь замки в камере и коридоре жевательной резинкой, выскользнешь во двор, накинешь на колючку одеяло – и вот она, воля.

Если не считать собак за спиной и вертолетов над головой. Трейси содрогнулась, ощутив, как в ее тело впиваются пули охраны.

– А другие?

– Вторая возможность – это прорыв. Когда у тебя есть оружие и ты берешь с собой заложника. Если беглеца ловят, вешают от двушки до пятака. – Заметив недоуменный взгляд Трейси, Эрнестина пояснила: – Прибавляют к сроку от двух до пяти лет.

– А третья возможность?

– Уход. Пользующимся доверием заключенным позволяют по работе выходить из тюрьмы. Ты больше не возвращаешься сюда и все.

Трейси задумалась. Без денег, без машины, без места, где спрятаться, шансов никаких.

– Мое исчезновение обнаружат на следующей же поверке и тут же пустятся в погоню.

Эрнестина вздохнула:

– Идеальных планов побега не существует, детка. Поэтому отсюда никто не смылся.

«Я смоюсь, – поклялась себе Трейси. – У меня получится».

В то утро, когда ее взяли в дом начальника тюрьмы Брэннигана, Трейси отмотала свой пятый месяц в тюрьме. Ей безумно хотелось зацепиться за эту работу, и она очень нервничала перед встречей с его женой и дочерью. Работа могла стать ключом к ее свободе.

Трейси вошла в большую опрятную кухню и села, чувствуя, как пот каплями катится у нее из-под мышек. На пороге появилась женщина в домашнем халате бледно-розовых тонов.

– Доброе утро.

– Доброе утро, – ответила Трейси.

Женщина, видимо, хотела сесть, но стояла. Сью Эллен Брэнниган оказалась приятной блондинкой лет тридцати пяти с неуверенно-растерянными манерами. Худая и суетливая, она никогда не знала, как обращаться со слугами-заключенными.