Если наступит завтра

[32]

В разведывательном управлении тоже пребывали в полном неведении и откликнулись коротко:

– Без комментариев.

Каждая служба не сомневалась, что судью Лоуренса забросили в СССР другие.

– Остается восхищаться его упорством, – заметил директор ЦРУ. – Крепкий парень. Ни в чем не признался и не назвал имен. Скажу откровенно, побольше бы нам таких.

* * *В последнее время у Энтони Орсатти все как-то не клеилось, хотя он сам не понимал почему. Впервые в жизни удача отвернулась от капо. Началось с предательства Джо Романо, затем Перри Поуп, а теперь сгинул судья Генри Лоуренс – впутался в какое-то идиотское шпионское дело. Все эти люди были необходимыми винтиками, благодаря которым крутилась машина семьи Орсатти. На этих людей он мог положиться.

Романо был словно чека в колесе, и Орсатти никак не удавалось подобрать другого человека на его место. Делами управляли кое-как, и вскоре посыпались жалобы от тех, кто раньше никогда не осмелился бы жаловаться. Стали поговаривать, что Тони Орсатти стареет, не в состоянии приструнить людей и его организация рассыпается.

Последней каплей стал звонок из Нью-Джерси.

– Тони, мы слышали, что у тебя неприятности. Хотим помочь тебе выпутаться.

– Никаких неприятностей! – ощетинился Орсатти. – Была парочка проблем, но с ними я без вас разобрался.

– У нас другие сведения, Тони. Поговаривают, будто твой город маленько спятил, потому что его никто не контролирует.

– Я его контролирую!

– Может, он тебе не по зубам? Может, ты перетрудился и тебе пора на покой?

– Это мой город! Его у меня никому не отобрать!"

"– Ай-ай-ай, Тони! Разве речь о том, чтобы что-то у тебя отбирать? Мы просто хотим помочь. Семьи на востоке собирались на совет и решили подать тебе руку помощи – послать несколько человек. Что тут плохого? Ведь мы старинные друзья!

Энтони Орсатти прошиб озноб. Плохо было то, что рука помощи станет подгребать под себя все больше и больше. И этот снежный ком ему не остановить.

На обед Эрнестина задумала сварить суп из стручков бамии с креветками, и он кипел на медленном огне, пока они с Трейси ждали Эла. Сентябрьская волна жары допекла всех, и как только Эл появился в маленькой квартирке, Эрнестина не выдержала:

– Где, черт побери, тебя носило? Суп давно кипит, и я вместе с ним!

Но радужное настроение Эла не удалось испортить.

– Разнюхивал, где и что. И ты послушай, женщина, что я нарыл! – Он повернулся к Трейси. – Судачат, будто кое-кто решил наложить лапу на собственность Энтони Орсатти. Семья из Нью-Джерси хочет отстранить его от дел. – Эл широко улыбнулся. – Ты все-таки достала этого козла! – Он заглянул Трейси в глаза, и его улыбка угасла. – Ну как, счастлива?

«Счастлива? – подумала Трейси. – Какое странное слово». Она успела забыть его значение.