Навязанная жена

Почему это король должен ютиться где-то, когда…

— Выйди, — коротко приказал Дитерикс и влез в лохань с горячей водой.

Слова Исы подняли в нем волну раздражения. И без того злой как черт, да еще и после завтрака придется выслушивать старого черта Джефрэйса, черт бы его побрал.

Женщина немедленно умолкла, поклонилась и вышла из покоев, однако перед тем, как уйти обернулась и взглянула на своего царственного любовника. Хорошо, что он не видел ее глаз в тот момент.

Он считал, что знает эту женщину насквозь?

* * *Обиженная леди Исельнир вышла из малых покоев и направилась к себе. По виду дамы сложно было предположить, что ей невероятно обидно. Только что король выставил ее, как… как прачку!!!

Кивая встречавшимся на пути придворным, официальная любовница короля сохраняла на лице невозмутимую улыбку. Ничего, Дитерикс обижал ее и раньше, и все-таки всегда к ней возвращался. Сейчас надо просто дать ему успокоиться, раз уж он так разволновался из-за приезда Рагнера. В конце концов, есть множество других методов повернуть ситуацию в свою пользу.

Ей также пришло в голову, что впредь следует действовать умнее, будет гораздо лучше, если все сделается чужими руками, а она окажется вне подозрений.

Иса улыбнулась своим мыслям.

О, будет просто замечательно! А она в нужный момент окажется рядом. Она всегда рядом, когда ему это нужно.

— И когда не нужно тоже, — ехидно добавила леди про себя, уже подойдя к своим покоям.

Камеристка, ждавшая ее, тут же получила приказ принести зеленое платье, и пока та готовит платье, чтобы прислали с кухни поднос со сладостями.

Иса была сластена, а в плохом настроении потребность в сладком только усиливалась. Женщина с удовлетворением огладила высокую грудь, тонкую талию и крутые бока. Хорошо, что на ее фигуре любовь к пирожным не отражалась, можно есть что угодно совершенно безнаказанно.

Камеристка вошла, держа изумительный наряд на вытянутых руках. Нарядное зеленое платье удивительно шло леди Исельнир. Ее гладкая, чуть смугловатая золотистая кожа и яркие краски лица выгодно смотрелись на фоне мягко переливающегося морской волной изумрудного бархата. Она прищурилась, обдумывая, какие драгоценности к нему надеть. Изумруды в цвет ткани, или рубины в цвет губ? Пожалуй, надо будет решать уже в процессе…

Что ж, вечером она будет великолепна. Как, впрочем, и всегда. Не было при дворе Дитерикса женщины красивее Исы. И не будет.

Более молодые девицы, удостоившиеся чести побывать в королевской постели, всегда завидовали ее красоте, поговаривали даже, будто она продала душу дьяволу, ради того, чтобы не стареть. Иса не стремилась развеять их предположения, пусть предполагают и боятся.

— Хорошо, можешь убрать до вечера, — распорядилась она, закончив завтракать.