Навязанная жена

Но перед смертью Марион смогла отдать свою силу дочери Тильдир. Та жила в замке, долго сохраняя юность и красоту. Дочери сильфид взрослеют поздно и до самой смерти остаются такими же, как и в дни юности.

Когда Джефрэйс пришел воевать княжество Ворстхолл и покорил ее сердце, ей было уже больше сорока человеческих лет. Она прятала от любимого свою сущность, князь так и не узнал, что женат на дочери сильфиды. Когда родилась Мариг, Тильдир тоже смогла скрыть свет, но силу и магию удержать у нее не получилось. И тогда она последним предсмертным усилием отдала все ребенку.

Так и вышло, что крошка Мариг получила силу трех сильфид, а вместе с ней и синеватый оттенок бледности от переизбытка света, не имеющего возможности вырваться на волю. А черты лица и яркие голубые глаза бирюзового оттенка достались ей от бабушки Марион.

Но Джефрэйс ничего о матери Тильдир не знал. Все картины с ее изображением были изъяты, как только художник написал картину для инквизиции, ибо ничего мирского не должно было ассоциироваться с пречистой девой. Так постановил Inquisitor Generalis. И художнику под страхом смертной казни на костре запретили писать.

Несчастный Джефрэйс после сметри любимой женщины, остался один с странной новорожденной девочкой, не зная ни того, что произошло, ни как теперь жить и что делать. Он предпочел позволить себе думать, что Мариг плод измены. На самом деле ему в его горе слишком больно смотреть на дочь и каждый раз осознавать свою потерю.

И когда во сне князю явилась Тильдир и велела отдать дочь замуж за того наглого самонадеянного короля, что приезжал к нему за солью, он согласился. Потому что Тильдир обещала невероятное. Во что он отчаянно желал и боялся поверить. А еще Тильдир обещала открыть всю правду о дочери и сказала нечто, оставшееся для него в тот момент непонятным:

— Он станет обижать ее, заставит страдать. Но так нужно. Единственное, на чем ты должен настоять — чтобы у них как можно скорее родились дети.

Дети родятся только в том случае, если Мариг полюбит его. Девочка была слишком юной, этот прожженный ловелас Дитерикс мог улыбками и обхождением вскружить ей голову, а сам остаться холодным. Этого мать допустить не могла, тогда Мариг будет несчастной всю. Тильдир усложнила ему задачу, потому что знала, покоряя ее, он неизбежно влюбится сам. Но Джефрэйсу она всего этого говорить не стала. Велела ждать.

Честно говоря, пусть князь Аренгарта в какой-то мере и сомневался в своем отцовстве, но он же видел, какие непотребства творятся при дворе новоявленного зятя Дитерикса! Одна его официальная связь с первой дамой королевства чего стоила. Джефрэйс защитил дочь так хорошо, как только мог. И не зря."

"Но самое главное испытание в их жизни только начиналось.