Глазами жертвы

Медсестру он не впечатлил. Она взяла следующую пачку листов и положила на стойку. Холли вздрогнула, когда мясистая рука опустилась на степлер. Это было издевательство над канцелярскими принадлежностями; жаль, за это нельзя арестовать.

– Палата триста девять. – Медсестра начала складывать очередную стопку бумаги.

О’Доннелл поспешила удалиться, а ей вслед раздался еще один оглушительный хлопок.

Дверь в палату была приоткрыта, но детектив из вежливости постучала.

– Войдите! – ответил веселый женский голос.

– Миссис Карпентер? – О’Доннелл заглянула в комнату. – Здравствуйте. Мы надеялись застать вашего мужа…

– О, Патрик придет с минуты на минуту, – ответила женщина. – Пожалуйста, входите.

– Мы можем подождать в коридоре, – смутилась О’Доннелл.

– Ерунда! В коридоре нет стульев, а у меня тут много печенья. Прошу, входите, я настаиваю.

Все трое вошли в палату и расселись на стульях у койки миссис Карпентер.

Ярко-зеленая рубашка еле прикрывала огромный живот розовощекой беременной женщины с гладкими темными волосами. Миссис Карпентер лежала, накрыв ноги больничным одеялом, и когда вошли посетители, она отложила книгу «Молитвы за будущего ребенка» и, тепло улыбнувшись, спросила:

– Вы работаете на приход?

– Не на постоянной основе. – О’Доннелл тщательно подбирала слова. – У нас дело к некоторым прихожанам.

– Я думаю, это замечательно. – Миссис Карпентер явно не поняла, о каком деле идет речь. Очевидно, догадка О’Доннелл была верна и Патрик ничего не сказал жене о Кэтрин.

– Меня зовут Леонор.

– А меня – Холли, – после нерешительного молчания ответила О’Доннелл. – А это Тейтум и Зои. Приятно познакомиться. Вы знаете, когда приедет ваш муж?

– Он уже в пути; это из-за меня он задерживается. Я попросила привезти мне вещи из дома, – ответила Леонор. – Я тут уже неделю; можете представить, сколько раз Патрик мотался туда-сюда ради меня… Еще я отправляла его и к моим родителям, чтобы мама постирала белье. О таком муже, как Патрик, можно только мечтать, и все же стирка ему не под силу, я уж молчу о глажке…

– Он очень заботливый, – поддакнул Тейтум."

"– Так и есть. Он очень старается для меня. Наверное, уже смотреть не может на мои длинные списки поручений… Вы только представьте, каково провести целую неделю на больничной койке, с которой даже встать не можешь без присмотра! Чтобы не чувствовать себя ущербной, мне нужна хотя бы нормальная одежда. Я бы поехала домой, а Патрик настоял, чтобы я оставалась тут под наблюдением врачей. Вы же знаете, какими паникерами могут быть мужчины… По крайней мере, у меня есть книги. Не будь их, я бы пересчитывала плитки на полу… – Она перешла на шепот. – Их пятьдесят две.