Горные тропы

 – Только оружие ей придется легкое делать. Рука у Марьи маленькая. Легкая. Значит, и оружие такое нужно.

– Что, уже выкручиваться начал? – фыркнула бабка.

– Думаю, – качнул Елисей головой. – Моим калибром ей кости в руке сломает при отдаче. А вот ежели малый калибр делать, то и стрелять у нее получится спокойно. Значит, механизм можно оставить тот же, а калибр уменьшить. Ей с тем оружием не воевать. В город надо ехать. Мастер там у меня есть, который умеет стволы для оружия огненного ковать. Его озадачить придется. А там и остальное сделать не сложно.

– Ишь ты, и вправду оружейник, – удивленно хмыкнула Радмила. – И во сколько мне такой пистоль встанет?

– Так отдам, – отмахнулся Елисей, уже погрузившись в расчеты минимизации механизма револьверов для скрытого ношения. Или как их называли в его мире, дамский вариант. – Меня дядька Святослав двуручному бою учит, вот за то и отдарюсь.

– Неужто правда? – охнула бабка, глядя на родственника неверящим взглядом. – Неужто сподобился? Как же так-то?

– У него стрела громовая, – тихо буркнул старик. – От деда осталась. В общем, из наших родов он.

– От оно как, – удивленно протянула Радмила. – То-то я думаю, с чего ты так за него обеспокоился. Ясно теперь. Ну и слава богу. Хоть мастерство не пропадет.

– Вот и я так подумал, – нехотя кивнул старик. – Ну да ладно. Елисей, отвезешь меня до дому?

– Конечно, – быстро кивнул парень, направляясь к своему выезду. – Заодно и на базар заеду. Кой-чего прикупить надо.

Отвязав повозку от фургона, он помог старику усесться и, выведя повозку за ворота, направил ее к дому Святослава. Высадив его, Елисей заехал в комендатуру и, сообщив штабс-капитану, что нашел новое жилье, отправился за покупками. Прикупив гвоздей, пару одеял и кое-что из продуктов, он уже начал разворачивать повозку, когда увидел идущую по улице Наталью. Сделав вид, что не замечает женщину, Елисей уселся на козлы, когда услышал за спиной грозный окрик Святослава.

– Наталья, а ну подь сюды, – скомандовал дед так, что даже матерые казаки из разъезда, проезжавшие по улице, невольно вздрогнули и прижали уши. – Ты что это удумала, дура баба? – зарычал старик так, что женщина невольно побледнела.

– Да что не так-то, дядька Святослав? – пролепетала она, осторожно подходя к нему.

– Ты почто смеешь на казака свою пасть грязную разевать? Почто кровь казачью позоришь попусту?

– Да кого ж я позорила? – вскинулась Наталья.