Грей. Кристиан Грей о пятидесяти оттенках

– Как Софи?

– Она просто прелесть, мистер Грей. И хорошо учится в школе.

– Рад слышать.

– «Ауди А3» доставят в Портленд сегодня после обеда.

– Отлично. Пойдем.

Мне не терпится увидеть мисс Стил.

Секретарша ректора провожает меня в небольшое помещение рядом с университетским конференц-залом. Она краснеет почти так же сильно, как некая молодая особа, с которой я очень близко знаком. Там, в комнате отдыха, преподаватели, администрация и несколько студентов пьют кофе, ожидая начала церемонии. Среди них я, к своему удивлению, замечаю Кэтрин Кавану.

– Привет, Кристиан, – здоровается она, приближаясь ко мне уверенной походкой девушки из весьма состоятельной семьи.

Кавана одета в мантию и, судя по всему, в прекрасном настроении. Наверняка она видела Ану.

– Здравствуй, Кэтрин. Как дела?

– Похоже, ты не ожидал меня здесь встретить, – отвечает она слегка вызывающим тоном, не обращая внимания на мое приветствие. – Я буду выступать с прощальной речью. Разве Элиот тебе не сказал?

– Нет.

С чего бы, мы не отчитываемся друг перед другом.

– Поздравляю, – из вежливости добавляю я.

– Спасибо, – сдержанно говорит она.

– Ана здесь?

– Скоро приедет. Вместе со своим отцом.

– Ты ее сегодня видела?

– Конечно. А что?

– Хотел узнать, добралась ли она домой на этой колымаге, которую зовет машиной.

– Вообще-то, она зовет ее Вандой. И да, добралась.

Кавана одаривает меня вопросительным взглядом.

– Рад слышать.

Тут к нам присоединяется ректор и, вежливо улыбнувшись Кэтрин Кавана, уводит меня к остальным преподавателям. Я испытываю облегчение от того, что Ана жива и здорова, но она не ответила ни на одно сообщение, и это плохой знак.

Впрочем, у меня почти нет времени поразмышлять о печальном положении дел – кто-то из сотрудников университета объявляет, что пора начинать, и ведет нас в коридор."

"В минуту слабости еще раз звоню Ане и вновь попадаю на голосовую почту, к тому же мне мешает Кавана.

– С нетерпением жду твоего выступления, – говорит она, когда мы идем через холл.

Войдя в зал, замечаю, что он больше, чем я ожидал, и набит битком. Пока мы поднимаемся на сцену, все как один встают и начинают хлопать.

Аплодисменты усиливаются, затем стихают, сменившись выжидательным гулом. Народ рассаживается по местам.

Как только ректор начинает приветственную речь, я, улучив минуту, разглядываю зал. Первые ряды заняты студентами в одинаковых черно-красных университетских мантиях. Где же Ана? Методично исследую каждый ряд.

«А, вот ты где!»

Она сидит, съежившись, во втором ряду. Жива и здорова. Чувствую себя дураком из-за того, что потратил столько сил, беспокоясь о ее местонахождении.