Грей. Кристиан Грей о пятидесяти оттенках

Она стоит и потрясенно на меня смотрит.

– Спать, – еще настойчивее повторяю я.

Она залезает обратно в постель, я ложусь позади и обнимаю. Зарываюсь лицом ей в волосы, вдыхаю ее сладкий аромат: осень и яблони. Лежа ко мне спиной, она не может ко мне прикоснуться, поэтому я решаю побыть с ней рядом, пока она не заснет. Потом встану и немного поработаю.

– Спи, милая Анастейша. – Целую ее и закрываю глаза. Ноздри заполняет чудный запах, напоминая мне о счастливых временах, когда я был сыт и доволен…

Мамочка сегодня счастливая. Она поет. Поет о том, при чем тут любовь.

И готовит еду. И поет. Это случается так редко, но, когда это происходит, меня тоже наполняет теплое счастье. Она рядом, она такая красивая.

В животике у меня урчит. Она готовит вафли с беконом. Как хорошо они пахнут! Мой животик любит вафли с беконом. Как хорошо они пахнут!

Открываю глаза. Комната залита светом, из кухни струится аромат, от которого у меня слюнки текут. Бекон. Я сбит с толку. Гейл гостит у сестры. Неужели вернулась?

Потом вспоминаю. Ана.

Взглянув на радиобудильник, вижу, что время позднее.

Выпрыгиваю из кровати и устремляюсь на запах.

Ана надела мою рубашку, волосы заплела в косички, приплясывает под музыку. Только я не слышу ни звука. Она в наушниках. Меня не замечает. Сажусь на табурет у стойки и смотрю шоу. Она взбивает яйца, переминается с ноги на ногу, косички подпрыгивают в такт ее движениям, и я замечаю, что она без нижнего белья.

Умница.

Пожалуй, она самая неуклюжая особь женского пола, которую я видел в жизни. Это одновременно забавно, очаровательно и удивительно возбуждает. Размышляю, какими способами я мог бы исправить ее координацию.

Она поворачивается, замечает меня и застывает на месте.

– Доброе утро, мисс Стил. Я вижу, вы бодрая с утра. – С косичками она выглядит совсем юной.

– Я хорошо спала, – бормочет она.

– С чего бы это? – насмешливо спрашиваю я и понимаю, что и у меня со сном проблем не было. Времени десятый час. Когда я в последний раз просыпался позже половины седьмого? Вчера. После того как спал с ней в одной кровати.

– Ты голодный? – спрашивает она.

– Очень. – Сам не знаю, говорю я о еде или о ней.

– Блинчики и яичница с беконом?

– Было бы неплохо.

– Не знаю, где у тебя подставки под тарелки… – растерянно говорит она. Похоже, смущается, ведь я видел, как она приплясывала. Сжалившись, предлагаю накрыть на стол и добавляю: – Хочешь, включу какую-нибудь музыку, чтобы ты могла под нее… хм… танцевать?

Ее щеки заливаются краской, и она опускает глаза в пол. Черт, я ее расстроил.

– Ну, пожалуйста, продолжай. Это очень забавно.

Надувшись, она поворачивается ко мне спиной и с жаром взбивает яйца.