Грешники

Я оказываюсь настолько к этому не готова, что н сразу нахожу в себе силы ответить на его довольно резкое и немного раздраженное: «Что случилось Маша?»

Почему он злится?

Даже с разницей во времени (всего-то час плюс в его сторону!), еще совсем не поздно, и одинокий мужчина может проводить это время с книгой или в баре гостиницы, или даже в спортивном зале.

Эльмира с ее «вылепленной» штампованной фигурой снова встает перед глазами, как злобный призрак из могилы.

— Извини, если побеспокоила, — наконец, отвечаю я, и срываюсь на круасане, зачем-то тыкая в него десертным ножом.

Несмотря на аппетитный вид выпечки и легкий дымок над ней, аппетит пропадает мгновенно. Я и латте сейчас вряд ли проглочу. — Ты по какой-то причине игнорируешь мои сообщения, я решила, что раз уж мы собираемся в ЗАГС через две недели, это достаточная причина, чтобы тебе позвонить и поинтересоваться, все ли в порядке.

Ирония никогда меня не подводила, даже в те моменты, когда была не очень уместна.

Только прикидываясь стервой можно спасти свою внутреннюю перепуганную девочку.

Слышу в трубке длинный выдох, потом короткий смешок.

Где-то на заднем фоне как будто шаги или мне показалось?"

"— Извини, — говорит уже уставшим немного потухшим голосом.

 — У меня тут… все не очень гладко.

— Ты мог хотя бы смайлик прислать в ответ.

— Извини, — повторяет он.

— Что случилось? — тоже выдыхаю я. — Чем тебе может помочь твоя боевая подруга? Кто отобрал мяч у моего подельничка? Кого отпинать?

Гарик устало смеется.

Ни в жизни не поверю, что у него там какая-то баба.

Мужчина, которого заездили в постели, все равно не говорит как побитая жизнью консервная банка.

— Приедешь давать за меня сдачи? — Слышу, как он откидывается на подушку, и перед мысленным взглядом вижу его как в тот день в СПА — с мокрыми волосами, расслабленным лицом и тенью улыбки в уголках рта.

 — в моей комнате, в гардеробной, на дальней правой полке лежит бита.

— Все настолько плохо? — посмеиваюсь я. — Надеялась, что хватит и моего портфеля.

— Твой портфель, Маша, это вообще не гуманно.

— Нууууу… Я всегда могу достать из него помаду.

— Это, конечно, в корне меняет дело.

Мне нравится, что мы снова можем обмениваться взаимными подколами и шутками, и все нормально, как будто нет этих километров расстояния.

Даже не хочется снова переводить тему в серьезное русло.

— Что у тебя там? — осторожно, чтобы не спугнуть доверие, еще раз пытаюсь выяснить я. — Точно не нужна моя помощь?

— Все хорошо, — уклончиво отвечает Гарик.

Он делает это ровно тем тоном, чтобы я поняла — ничего хорошего с ним там не происходит, но даже если я спрошу об этом десять раз подряд, он не ответит ничего другого.

— Я слышал, ты отлично справляешься, — переводит тему Гарик. — Успела провести совещание.