Грешники

 — Он легко шагает по ступеням, ждет, пока я его ключами открою магнитный замок входной двери. — Серьезно выпрашиваешь.

— Большой и злой мужик? — зачем-то подзадориваю я.

— Где? — Он делает вид, что ищет в нашем пространстве кого-то третьего.

На лифте поднимаемся на одиннадцатый этаж.

У него «однушка» — просторная, с большой кухней, хорошей планировкой и модной разбивкой на зоны. Видно, что дизайнер тут работал, но ему явно выделили скромный бюджет. Хотя мне даже больше нравится и потертая мебель, и отсутствие дорогих бессмысленных предметов интерьера — все, что нужно для жизни, в этой квартире есть, а лишних понтов — нет.

— Сиди тут, — командует Великан, буквально сгружая меня на большой диван, рядом с которым лежит пара каких-то нереально больших гантелей. — Я ванну наберу и буду тебя лечить. Вот, меряй пока.

Я немного ошарашенно сую под подмышку электронный градусник.

Он пищит через тридцать секунд и показывает тридцать семь и восемь. После ударной дозы противовирусных, неудивительно, хотя перед сном у меня было чистых тридцать девять и если бы кто-то сказал мне, что Дед Мороз существует — я бы поверила.

Пока я осматриваю холостяцкую квартиру Стаса, где-то справа раздается шум льющейся воды. Там, видимо, ванна. Потом кипит электронный чайник, и я с интересом наблюдаю, как Стас заливает кипятком что-то в маленькой кастрюльке. Накрывает крышкой, заворачивает в полотенце и проходит мимо меня, до шкафа. Достает простую белую футболку и дает мне со словами:

— Переодевайся.

— Это зачем? — не понимаю я. — Я, вообще-то, нормально одета, если только ты не хочешь ехать в ресторан.

— Я собираюсь запихнуть тебя в ванну, упрямая женщина.

 — Он смотрит из-под нахмуренных бровей. — И либо ты переодеваешься сама, либо это сделаю я. Голосую за второй вариант, но из уважения к твоему дохлому виду, дам тебе право первого голоса. Ну так что?

Я взглядом предлагаю ему отвернуться, кое-как выбираюсь из пижамы и быстро ныряю в его футболку. Причем, ныряю буквально, потому что при нашей разнице в габаритах, то, что для него — футболка-скинни, для меня — вполне приличной длинны платье-оверсайз. Но все равно одергиваю низ сзади, потому что ткань как нарочно липнет к пятой точке.

— Все, переоделась, спасибо за платье, — переступаю с ноги на ногу.

Ста поворачивается, оценивает меня снизу вверх, и я снова, как школьница у доски, пытаюсь натянуть непослушную ткань пониже. Желательно до колен.

— Между прочим, я ноги не брила, — говорю то, что по идее должно отвернуть среднестатистического мужчину. Хотя на самом деле, эпиляцию ног я делала всего пару раз в жизни — мне повезло быть обладательницей очень тонкой, редкой и почти невидимой растительности на теле. Но Стас-то этого не знает.