Ничего не бойся! Твой Белый

Достаю две. Подтягиваюсь ближе к Инге, съёжившейся возле кресла. Она уже и плакать не может, только всхлипывает и задыхается.

Засовываю ей в рот таблетки. Обнимаю. Укачиваю и ее, и себя...

Как меня когда-то Бьянко.

- Ччч...

Глава 46 – План

Сидя на полу, умирая от жажды смотрю на раковину. Облизываю пересохшие губы. Они такие сухие, словно сейчас полопаются. Это так мучительно...

Назойливой мухой жужжит что-то в сознании как это прекратить. Нужно попить?.. И на этом моя мысль останавливается.

Инга лежит головой на моих коленях и смотрит в окно. За ним - темнеет. И в комнате тоже темнеет.

Неожиданно поднимается. Заглядывает мне в глаза.

- Ань... Аня!.. - встряхивает за плечи. - Чем он тебя накачал?!

Хмурясь, прикасаюсь к бедру, где в меня вошла игла. Нажимаю. Чувствуется лёгкая тупая боль.

- Iniezione.. - заставляю себя произнести, облизывая губы.

- Что? Укол?

- Si... Укол.

Поднимается на ноги. Подходит к окну. Пробует открыть. Но пластиковая створка не поддается. Толкает дверь.

- Какого хрена? - обиженно всхлипывает она, стуча пяткой в дверь. - Откройте!

С той стороны тишина.

- Ну что ты сидишь?! - подлетает она ко мне. - У него же «фаза»! Он опять «поехал»! Его надо изолировать! Он маму убил! Конченный псих!

Это она про Варана?

Медленно поднимаю взгляд.

Она тянет меня за руки.

- Вставай! Давай... ну…

Открывает в раковине воду, умывает меня. Ледяная...

Оу!... Подставляю руки и пью, вдруг осознав, что могу это сделать. Просто попить сама из крана. Ощущение ваты в голове немного отступает, сознание проясняется ещё больше.

И я умываюсь... Умываюсь... Умываюсь... Вспоминая всё, что произошло.

Это же надо придумать такую дичь – туалет с двумя входами? Только в России может такое быть!

- Хватит! - оттягивает меня Инга от раковины.

Обитая деревом комната пуста... Только камин, стол, ковёр и кресло. Я вспоминаю, как Варан приказывал, чтобы её приготовили для меня. Но видимо, не успели приготовить. Несчастный случай с Тамарой отвлёк его.

- Нам нужно выйти отсюда, - садится в единственное кресло Инга. - И вызвать ментов.

- Полиция? - уточняю я.

Отрицательно качаю головой.

- Инъекция мне... Инъекция тебе... И больше ты ничего не хочешь... Я ничего не хочу...

- Ну он же убил маму!

- Скажет - упала. Несчастный случай. Никто не докажет, что это сделал он.

- Я не позволю это спустить на тормозах! - подскакивает она.

- Поэтому - инъекция мне, инъекция тебе... Потом - он наш опекун. Эмма - надсмотрщик.

- Мразь! - плача, срывается Инга к двери.

Дверь внезапно открывается. Эмма толкает Ингу обратно.

- Не стучать, - сухо.

- Да как ты смеешь?! Это мой дом! Пошла прочь! - рвётся Инга из комнаты.

Но пощёчина остужает.

Отлетев к стене, прижимает руку к щеке. Из глаз опять катятся слезы. Оседает по стене.

Дверь закрывается.

- Нельзя... - качаю я головой. - Бунт - инъекция.